Последние столетия Иннатская империя переживала время упадка. Вышедшие четыреста девяносто три года назад из дремучих лесов варвары перешли реку Пауз, и как саранча, опустошали все на своем пути.
Единственный подконтрольный Клойзу клочок земель пал сегодня утром. Осталась лишь расположившаяся на возвышенности в окружении дремучих лесов и топких болот крепость Ренна, где последние двести лет проживала императорская семья.
Император отхлебнул чай из предложенной ему слугой чашки.
— Как там поживает мой родственничек Никос? — бросил император бесшумно подошедшему канцлеру.
— Наши люди прибудут в Лицию со дня на день, — канцлер опустил глаза, — и если Никос нам не откажет…
-То в ближайшие дни мы не погибнем от рук варваров, — закончил за него император и, усмехнувшись, добавил: — А погибнем в ближайшие месяцы.
Союз его сестры Стефании с вистфальским принцем Францем таил в себе большие надежды. Но судьба распорядилась иначе.
— Бедная Стефания, да прибудет она в Звездных чертогах Акилина, — вздохнув, произнес император.
— У вашей племянницы скоро юбилей, наши послы как раз прибудут в его канун.
— Ах, да, — император что-то попытался вспомнить, — кажется, ее зовут Лицития.
— Летеция, ваше величество, -поправил его канцлер
— Ваша светлость, пора вставать, — произнесла вошедшая в покои Летеции служанка.
Принцесса открыла глаза. Она не спала и так. Как можно быть спать в такой день. Сегодня было ее четырнадцатилетие.
В коридоре стоял гул голосов, и слышался топот идущих ног. И даже иногда раздавался такой редкий для дворца Никоса смех.
Аристократы, съехавшись из разных концов необъятной страны, ждали ее. Она должна была быть звездой сегодняшнего бала. Сотни глаз будут устремлены в ее сторону. И среди сотен незнакомых глаз, она будет одна…
— Где придворные? Почему все залы дворца закрыты? — донеслись до Летеции слова какого-то малыша.
— Потому что его величество боится собственной тени, — замолкнув на полу слове, ответил ему старший брат, видимо приметив стражника.
— У его величества такая страшная тень? — снова пропищал детский голос.
— Ваше праздничное платье, ваша светлость, — произнесла служанка, помогая принцессе одеться.
Зеленое платье, словно капельками росы, было украшено россыпью прозрачных камней.
Летеция вздохнула. Как бы ей хотелось стать такой же незаметной капелькой росы на чьем-нибудь платье, чтобы видеть всех, но быть недоступной для их взора…
Городские часы пробили десять утра.
Кареты запаздывающих аристократов все еще подъезжали к Королевской роще. И, спешившись, аристократы вальяжной походкой направлялись к дворцу. А кучера тем временем, достав трубки и собравшись в кучу, обсуждали за спинами своих господ.
У Ферона не было ни кареты, ни кучера. Снятая им бричка, доковыляла до центра Лиции, остановившись за несколько кварталов перед Королевской рощей.
— Дальше нельзя. Дорога закрыта. Большие господа собрались, — фыркнул пожилой кучер. — Что-то вас, господин, лихорадит. Синяя чахотка небось? У меня два года назад сын от нее помер. Синяя чахотка- болезнь нашего времени, — проворчал кучер в след Ферону.
И без того бледное лицо Ферона сегодня было бледнее обычного. А руки, предательски дрожа, выдавали внутреннее волнение. Судьба их великого дела, судьба его сестры Ольны, судьба Вистфалии… сегодня зависели от него. Пути назад не было.
— Бом, бом, бом, — медленно отбивали стрелки городских часов, сокращая отведенное на выполнение задания время.
— Какие люди! Да это же сам лорд Флеманский! — окликнул Ферона вылезающий из кареты одногруппник. Это был толстый несуразный парень, одетый в висящей на нем мешком дорогой бархатный фрак. Взглянув на пешего Ферона, он презрительно фыркнул: — Мог бы попросить, мы бы тебя уж подкинули.
— Богатство лордов Флеманских — славные предки, наше золото — верность Вистфалии, а честь — серебро, — подняв глаза, гордо произнес Ферон известный всем в Лиции девиз лордов Флеманских.
Одногруппник усмехнулся:
— Какие слова то умные, а в кармане пусто. -А затем, похлопав Ферона по плечу, добавил: — Ты чего такой напуганный? Словно не праздновать приехал, а собрался кого-нибудь убить, — и захохотал от собственной шутки.
Ферона изнутри пробрал холодок.
Стражники с мрачными лицами монотонно осматривали входящих во дворец людей.
Из дворца вышел граф Дэлеван. Как показалось Ферону, ярко-синие глаза графа сквозь людскую толпу смотрели прямо на него.
«Он не может ни о чем знать. Не может. Не может. Не может», -унимая дрожь, хаотично думал Ферон.
А граф медленно приближался.
«Он не за мной. Не за мной», — думал Ферон, по-прежнему чувствуя на себе взгляд его ярко-синих глаз.
Они оказались друг напротив друга:
-Лорд де Флеманс, вы арестованы за государственную измену, –с усмешкой в ярко-синих глаза произнес граф.
Стражники, скрутив Ферона, вытряхнули содержимое его карманов. Звякнув, из внутреннего кармана на землю выпал спрятанный там небольшой кинжал.
-Ничего себе, — раскрыв от удивления рот, ошарашенно произнес одногруппник Ферона, наблюдая за происходящим.
— Что значит, мой Ферон арестован? — прошамкала герцогиня Флеманская.