«Так, надо скорее сваливать, пока мы оба не совершили опрометчивых поступков.» — решил я.
Медленно встаю (что очень не удобно делать, ведь чтобы вылезти, надо перелезть через альфу).Поначалу, мне это удавалось. Я подполз ближе к краю, затем медленно поставил одну ногу на пол, а за ней и вторую. Жуткие боли кромсали живот на части, но это не так страшно, как быть оттраханным другом из-за случайного сбоя в организме.
Я почувствовал как по ноге начинает течь теплая смазка. Блять. Запах Брайса стал ярче.Надо быстрее сваливать.
Не успел я и шагу сделать, как меня схватили за руку.
— Ты куда? — послышался еще более басистый и хриплый голос альфы.
— Отпусти, Бернард, — говорить было трудно.
При каждом сказанном мной слове легкие все больше заполнялись запахом Берна, распаляя мой многострадальный организм.
— Нет, — гортанно рыкнул Брайс и рывком повалил меня обратно на диван.
Он навис надо мной улыбаясь.Даже его обычная улыбка сейчас больше напоминала звериный оскал. Только он не сулил зла, скорее заставлял желать.
Берн буквально перегородил мне выход. Его руки были расставлены у моей головы.Альфа почти верхом на мне сидел. Глядя в его глаза я забыл обо всем, рассудок начал медленно оставлять меня. Теплая смазка уже давно испортила мое белье и штаны, намочив их до нитки. Кажется, от зрительного контакта, ее становилось только больше.
Там, внизу, все начало очень сильно зудеть. Член уже давно напрягся и встал в боевую позу. Мой анус рьяно требовал, чтобы в него вошел альфа. Омежья сущность просто скулила. Ей не хватало всего одного толчка, чтобы отбросить предрассудки и отдаться в плен наслаждению.И он не заставил себя ждать.
Реальность померкла, как только горячие губы альфы впились в мои, заставляя приоткрыть рот и покориться ему.
Pov Автор.
Язык Бернарда грубо проник в рот Элиона, оглаживая небо.Он нежно коснулся языка омеги, стараясь увлечь его в поцелую. Неопытный парень просто не знал, что ему делать.Поэтому он отдался во власть сильного и величественного альфы, позволяя ему руководить.
Запахи становились все ярче. Такие разные, они с волнами возбуждения своих носителей, проникали друг в друга, создавали неповторимую амброзию. Ни один парфюмер в мире еще не создавал более манящего, теплого и одновременно освежающего аромата с нотками горечи.
Руки Брайса скользили по телу Эла, проникая под свободную черную футболку. От прикосновений горячей грубой кожи, Купер покрывался мурашками. Приятно и волнующе. Берн вел подушечками пальцев все выше и выше, плавно дотрагиваясь до ребер. Словно прикасаясь к хрупкому и нежному материалу, он оглаживал впадинки и бугорки выпирающих костей. Боялся причинить боль и чем-то ранить.
Почувствовав бархатистую, мягкую кожу, альфа невольно улыбнулся. «Соски Элиона», — понял он. От внезапного прикосновения к чувствительной коже Эл вздрогнул, сминая и без того съехавшую простынь.А Бернард тем временем не останавливался.Его руки скользнули у подмышек омеги, вызвав у того смешок.Затем дотронулся по ключиц и, наконец, снял резким рывком мешающий предмет одежды.
Расположившись на бедрах у омеги, Берн освободился от рабочей рубашки и галстука и расстегнул свои брюки. Опустив взгляд вниз, он видел, что грубая ткань джинс партнера, полностью намокла, вбирая в себя смазку. Не долго думая, брюнет стащил их вместе с нижним бельем Эла. Тот покраснел, словно дикий цветок мака, и прикрыл руками стоящий колом член.
— Прелесть… — произнес томно басистый голос.
Элион взглянул в глаза человеку, которого он некогда считал своим другом.Они будто были застелены пеленой тумана, однако радужка сейчас имела насыщенный изумрудный цвет. Страсть и похоть отчетливо читались во взгляде мужчины.Вирусом это передалось омеге.Парень словно читал безмолвный приказ и распалялся от него.
Несмотря на то, что у Бернарда был опыт, он не знал, как подступиться к Куперу. На задворках почти померкшего сознания голос разума велел не пугать мальчонку, но глас желания с каждым мгновением становился все сильнее и громче.
Бернард нагнулся вниз, к лицу Эла. Они застыли, глядя глаза в глаза.Эти пара мгновений казались вечностью. Затем альфа коснулся ладонью щеки партнера.Той самой, где было витилиго. Купер рефлекторно зажмурился.
— Не бойся, милый, — полушепотом произнес брюнет.
Его дыхание обжигало нежную кожу у носа Элиона. Берн придвинулся ближе.Он, словно щенок, потерся кончиком своего носа о кончик носа омеги и нежно, почти неощутимо, коснулся его губами.Пальцами задев шрамы на устах Купера, Брайс невольно рыкнул. Мысль о том, что кто-то причинял боль этому, поистине, невинному и безобидному существу, сводила с ума. Правда, сам Эл воспринял это в укор себя.
