К концу сражения изнемогающий князь Чавчевадзе был поддержан четырьмя сотнями донских казаков, присланных из резерва, а вскоре после того турки, заметив поражение своего правого крыла и центра, начали отступать. По крайнему утомлению драгунских и особенно артиллерийских лошадей, которым приходилось производить беспрерывные движения на поле по липкой грязи, князь Чавчевадзе нашел невозможным преследовать турок, и потому действовавшая здесь часть турецкой армии отступила в некотором порядке. Остальные неприятельские войска, после поражения, захвата нами главной батарее и аула Угузлы, совершенно рассеялись и бежали так быстро, как только могли.
Историк пишет: «Наши солдаты и офицеры в это день показывали чудеса мужества и героизма. Спасая знамя 1-го батальона Грузинского гренадерского полка, знаменщик унтер-офицер Назар Михайлов провел бой по всем правилам с турецким солдатом, пытавшимся овладеть святыней. Отважный унтер был награжден знаком отличия Военного Ордена. Подпрапорщик Грузинского гренадерского полка князь Андроников и рядовой 1-й роты Миксим Иванов спасли от гибели унтер-офицера Гогниева. После боя, когда в полки прислали Георгиевские кресты для награждения наиболее отличившихся нижних чинов, солдаты роты, в которой служил князь Андроников, присудили и преподнесли ему заветный крестик.
Когда наша пехота прорвала неприятельский фронт, задние батальоны турок перестроились в каре. В дело вступили, прославленные Нижегородские драгуны. Их 3-й дивизион атаковал и полностью уничтожил крайний батальон противника. Правый турецкий фланг начал подаваться к своему левому флангу. Драгуны покрыли себя в этот день неувядаемой славой. Командир 7го эскадрона князь Чавчавадзе в пылу сражения был окружен неприятелем вместе со своим ординарцем Слепужниковым, последний, рубя турок, старался прикрыть своего командира. «В другом месте турецкий офицер в упор выстрелил в поручика князя Амилахвари. Пуля попала в ухо коню…Оба они вскочили одинаково разом, и разом выстрелили из пистолетов: турок дал промах, а князь Амилахвари положил его на месте». Двадцать четыре раны получил в этот день рядовой Нижегородского полка Григорий Озеров, при посещении лазарета генерал Бебутов спросил у него: «Ну что брат? Теперь вчистую?». Озеров ответил: «Никак нет, Ваше Сиятельство, левая рука у меня еще действует». Солдат выздоровел, был награжден знаком отличия Военного Ордена, произведен в унтер-офицеры и при увольнении от службы получил пособие в 300 рублей».
После занятия Угузлы сводным батальоном и 8 орудиями, остальные войска генерала Кишинского расположились по сторонам и впереди селения. Левее их стали войска князя Багратиона-Мухранского, а еще левее кавалерия генерала Багговута. В 3 часа 30 минут пополудни часа огонь повсеместно прекратился и войска наши уже без боя дошли до турецкого лагеря, который найден был в том самом виде, в каком турки оставили его утром. В палатках начальников и солдат оставались нетронутыми остатки их завтрака. К вечеру войска возвратились на позицию, где и оставались до 6 декабря.
О преследовании турок никто не помышлял. Люди были измождены маршем и тяжелым боем. Помимо этого, в отряде чувствовался крайний недостаток во всем. Так на перевязочном пункте, где раненых набралось до тысячи человек, имелось всего 6 медиков, запасов при войсках не было никаких, крайне мал был и обоз. В таких обстоятельствах, когда к тому же по ночам уже начались морозы, а днем все раскисало и на дорогах стояла непролазная грязь, серьезно думать о продвижении к твердыне Карса, до которой оставалось еще более сорока верст, было просто не реально.
После сражения при Баш-Кадыкляре, князь Бебутов, простояв со своим корпусом на бивуаках у аула Угузлы следующие сутки, как для того, чтобы дать отдых войскам, так и для погребения убитых, двинулся обратно к Александрополю.
Возвращение его было торжественно. Историк пишет: «День был пасмурный, настоящий осенний; но, казалось, вся природа облеклась радостным светом. Жители города, от мала до велика, вышли с хоругвями и образами на встречу победителям, и, покрыв собою высоты впереди Арпачая, приветствовали появление войск громкими восклицаниями. В городе раздавались колокольный звон и пальба орудий крепости. Едва лишь князь Бебутов переехал через мост, как его окружили густые толпы народа, мужчины, женщины, дети. Одни из них становились на колени и воссылали к Творцу Небесному восторженную молитву; другие, припадая к стремени коня, на котором ехал князь Бебутов, лобызали его руки и ноги. И действительно – жители нашей пограничной полосы имели причины радоваться одержанной Кавказцами победе. После Башкадыклярского сражения, ни Курды, ни башибузуки, в продолжение всей зимы, не осмеливались нарушить общего спокойствия».
В итоге состоявшегося сражения неприятель потерял весь лагерь, обоз, 24 орудия, множество оружия, снарядов и около 6 тысяч убитыми и ранеными. С нашей стороны погибло 317 и ранено 926 человек.
