«Теперь Сосо — постоянный слушатель всех марксистских диспутов. И все заманчивее звучит для гордого, нищего мальчика великое обещание революции: „Кто был ничем — тот станет всем“.
„В революционное движение вступил с 15 лет“, — напишет он впоследствии…»
Его расставание с прошлым, его одиночество находят выражение в стихах, что обычно для юноши. Он посылает стихи в «Иверию». Журналом руководит король грузинских поэтов — князь Илья Чавчавадзе.
«Иверия» печатает стихотворения Сосо — обычные юношеские грезы о луне, цветах. Семь стихотворений в 1895–1896 годах опубликовал в журнале поэт Сосо. Первое — бравурное, счастливое:
Последнее — трагическое:
Согласно легенде, Чавчавадзе верил в будущее поэта. Даже напутствовал: «Следуй этой дорогой, сын мой». Возможно, это не только легенда: в 1907 году «Грузинская хрестоматия, или Сборник лучших образцов грузинской поэзии» перепечатала раннее стихотворение Сосо.
Но в том году наш поэт уже слагал совсем иные стихи…
Стихи оказались его последним «прости» маленькому Сосо.
Радзинский определяет стихи юного Сосо как «обычные юношеские грезы». Архивник не замечает, как сам себе противоречит. В 1907 г. стихотворение Сосо опубликовано в «Сборнике лучших образцов грузинской словесности». В этой хрестоматии стихи Сталина соседствовали со стихами таких классиков, как А. Церетели, И. Чавчавадзе и др.
Стихотворение «Утро» вошло в изданный в 1916 г. Я. Гогебашвили учебник родного языка (грузинский букварь), который открывался именно этим стихотворением юного Сталина.
В советское время стихи Сталина не издавались. В 1949 г. к 70-летию Сталина Л. Берия втайне поручил лучшим специалистам сделать поэтические переводы с безымянных подстрочников. В работе участвовали также Б. Пастернак и А. Тарковский. Один из переводчиков, не зная, кто автор, сказал: «Тянут на Сталинскую премию первой степени». Узнав о готовящемся издании, Иосиф Виссарионович был разгневан и приказал работу прекратить.
А вот нашему архивнику стихи Сталина решительно не понравились. А чтобы не вызывать недоумение у читателя, он приводит фрагменты стихов в переводе какого-то литературного сапожника. А может, к «переводам» приложил руку сам папаша Радзинского, перелопачивавший произведения писателя Павленко в киносценарии? Тоже ведь как бы «творчеством» занимался…
Так ведь в «переводе» радзинских стихи любых поэтов становятся «обычными». На самом деле стихи Сталина звучат так:
А вот пророческие стихи Сталина:
Ну ладно, не понравились стихи юного Сталина Радзинскому — что ж тут поделаешь? Только подставлять в свое сочинение уродливые переводы своего папаши или еще кого-либо из литературных сапожников не следовало бы. Очень уж мелко и подло!
Радзинский продолжает:
