— Ничего страшного, Уэйтс, если тебя память подводит. У нас есть показания охранников пяти или шести ночных клубов на Динсгейте и в центре города. Ты вчера козырял служебным удостоверением. Один вышибала даже припомнил, что тебя выгнали из полиции за кражу наркотиков.
Похоже, им ничего не известно об истинном положении дел.
— Еще не выгнали.
— Недолго ждать осталось.
— Выпьете что-нибудь? — предложил я.
— Для меня рановато, спасибо. Так вот, охраннику стало любопытно, зачем полицейскому, отстраненному от службы, наматывать круги по городу в поисках какой-то девицы. Вопрос, конечно, интересный.
Риггсу я выпивки не предложил и взял из холодильника бутылку пива. Еще не было одиннадцати. Лэски укоризненно поморщился. Я откупорил бутылку так, чтобы пиво вспенилось, и демонстративно сделал большой глоток. Пусть Риггс обзавидуется.
— Итак, вы сказали… — Я посмотрел на Лэски и Риггса.
— Нет, лучше ты скажи. Зачем отстраненному от службы полицейскому, которого собираются судить по обвинению в коррупции, козырять служебным удостоверением для розыска пропавшей девушки?
— Для розыска пропавшей девушки, — ответил я. — Вы сюда пришли на свои же вопросы отвечать?
— Почему ты не заявил о ее исчезновении?
— Тут дело сложное.
— Ну так проясни, — сказал Риггс.
— Сегодня утром об исчезновении девушки заявила ее подруга. С пропавшей я связан чисто символически.
— Как это?
— Символически — значит условно или относительно.
Риггс несколько раз медленно хлопнул в ладоши, изображая аплодисменты.
— И откуда ты ее знаешь?
— Она проходила по одному старому делу. — Я посмотрел на него. — Дело — это происшествие, которое тебе поручают расследовать.
Он вытаращился на меня, потом отошел в другой конец комнаты, сунул руки в карманы и встал, подпирая стену.
Я обратился к Лэски, такому тощему, что он наверняка пропускал дневной свет.
— Дело вел суперинтендант Паррс, поэтому я доложил ему о случившемся. Вчера ночью.
— И что он сказал?
— Не перезвонил. Я подумал, что вы и есть его ответ.
— Мы пришли за твоим удостоверением, приятель.
Неожиданно для себя самого я рассмеялся.
— Ну так что, разберемся по-хорошему или…
— Да ради бога.
Я присел на корточки среди разбросанных вещей и, порывшись в бумагах, нашел уведомление о временном отстранении от службы. Его выдал мне Паррс перед началом секретной операции. К уведомлению был прикреплен список служебного имущества, изъятого на срок отстранения. Удостоверение числилось в списке, хотя на самом деле я его не возвращал. Чтобы позлить Лэски, я отдал документ его напарнику. Ничего умнее я тогда не придумал. Риггс ознакомился со списком и передал его коллеге. Лэски прочитал бумагу и перевел взгляд на меня:
— И когда суд?
— Я думал, уже идет…
— Знаешь, все могло быть гораздо хуже. Мы бы пришли, намяли бы тебе бока. Ну, это еще успеется. С удостоверением или без, но ты явно что-то замутил. Что это за девушка?
— Фамилию не спрашивал.
— Адрес?
Я назвал адрес. Они переглянулись.
— Это же дом Зейна Карвера!
— Ага, — подтвердил я, усаживаясь на выпотрошенный диван.
— Об исчезновении действительно заявили в полицию?
— Сегодня утром. Ее подруга, проживающая по тому же адресу. Она должна была заявить еще и об исчезновении мужчины. Вчера ночью он отправился на поиски девушки и пропал.
— А он кто?
— Дэнни Грайп, — сказал я. — Для друзей Зажим. Вышибала Франшизы. Ищите «мустанг»-хетчбэк, четвертой или пятой серии. Черный с тонкими красными полосами.
— Номерной знак?
— Она должна была сообщить.
— Есть еще информация, которая может помочь установить местонахождение этих двоих?
— Кэтрин в последний раз видели в «Рубике», с Шелдоном Уайтом.
— С Шелдоном Уайтом? — переспросил Лэски, услышав знакомое имя. — Но «Рубик» же принадлежит Франшизе.
— Вчера бар сменил хозяина.
Оба удивленно наморщили лбы.
— Да уж, веселая у тебя была ночка, — сказал Лэски. — Девушке грозит опасность?
— Поговорите с Паррсом, — предложил я.
— А что у тебя за дела с Зейном Карвером? И с Шелдоном Уайтом? Тебя из-за них сцапали с поличным?
— Ха, надо же, вы меня раскусили. Как я уже говорил, было одно старое дело. Сами знаете, Франшиза разваливается, ситуация меняется на глазах. На вашем месте я бы сообщил все это Паррсу и подчеркнул бы, что события непосредственно связаны между собой.
Они с минуту помолчали.
— Точно, — сказал наконец Риггс, одарив меня широкой улыбкой лжеца. — Так и сделаем.
Оба вышли из квартиры.
Я смотрел из окна, как они садятся в машину. Лэски сказал что-то напарнику. Риггс расхохотался так, что вислые брыли затряслись. Машина уехала, и на улице стало тихо. В квартире тоже. Я снова набрал номер Паррса, но теперь в трубке даже гудков не было.
На следующий день я прочел в газете, что Зейна Карвера арестовали. С его именем связали и смерть Изабель, и трагедию на Сикамор-уэй. Я старался не думать о том, кого следовало арестовать вместо него. Хорошо, что случилось это в будний день, а не на вечеринке. Наверное, мне удалось кое-что втолковать Паррсу.
