Тот неподвижно стоял у стены. Риггс не понимал, к чему я клоню, но пожал плечами и потянулся за пиджаком. Пошарил в карманах, нашел мои бумажник и телефон, бросил их на стол. Потом вытащил свой блокнот.
Я торопливо сказал:
– Обрати внимание, если около шести вечера ты дежурил с ним вместе, – я кивнул на Лэски, – то он либо вышел под каким-то предлогом, либо просто ненадолго исчез.
Риггс замялся, явно что-то вспомнил. Пролистал страницы и снова пожал плечами:
– Ну и что? Сколько раз вы с Изабель Росситер трахались?
– Где ты был в понедельник, шестнадцатого ноября?
– А это тебе зачем?
Лэски подвигал челюстями и невозмутимо сказал:
– Ответь ему. – Он пристально смотрел на меня, не меняя выражения лица. – Времени у нас хватает.
Риггс перелистнул страницы и нашел нужную дату.
– Твой напарник из кожи вон лез, добивался, чтобы расследование смерти Изабель Росситер поручили именно вам, – сказал я Риггсу.
– И что? – нахмурился Риггс. – Объясни.
– Пятница, тридцатое октября. Зейн Карвер попросил своего человека в полиции припугнуть меня. Детектив Лэски сказал, что ему нужно ненадолго отлучиться, и ушел от тебя примерно в шесть вечера. На меня напали в семь.
Риггс поерзал на стуле.
– Человек Зейна Карвера знал, что кабинет шестьсот двадцать один отдали в распоряжение тем, кто занимается делом Изабель. Туда можно было свободно зайти, не привлекая к себе внимания. Он проник в кабинет и стер информацию с жесткого диска, на котором якобы хранились улики против него.
Риггс пожал плечами:
– Ерунда какая-то.
Я посмотрел на Лэски:
– Я работал под прикрытием. Моей задачей было установить, кто этот человек. Свяжись с суперинтендантом Паррсом. Немедленно.
Риггс улыбнулся:
– Паррс считает, что ты говнюк…
– Кто тебе это сказал? Сам Паррс или Лэски?
Риггс не шелохнулся. Лэски тоже.
– Теперь вспомни день, когда вы в первый раз пришли ко мне домой.
– А что такого?
– Вышибалы Франшизы ни за что на свете не стали бы разговаривать с полицией. Если бы какой-то псих ломанулся в клубы Франшизы, размахивая полицейским удостоверением, об этом сообщили бы Зейну Карверу. А тот велел бы своему человеку в полиции навести справки.
– У тебя совсем крышу снесло…
– А еще есть некий Глен Смитсон.
– Я его знаю?
– Это бармен Франшизы, о котором Лэски постоянно меня спрашивает. Несколько лет назад Смитсона обвинили в изнасиловании, но дело закрыли из-за пропажи улик.
– И что?
– Вот уже пару недель никто не знает, где он. А в полицию об этом никто не заявлял.
– И какое это имеет отношение к Джиму?
– Я пошел к Смитсону домой. Охранник на входе сказал, что до меня его навестил еще один коп. Пришел в ночь трагедии на Сикамор-уэй, по-быстрому оглядел квартиру и ушел. В ту же ночь я узнал, что Зейн Карвер отправил всю Франшизу на поиски Глена Смитсона.
– По-твоему, это был Джим? – Риггс погрузился в размышления. – Докажи.
– Этот коп оставил охраннику номер своего мобильника, на случай, если Смитсон объявится. Я сохранил его у себя в телефоне.
Лэски шагнул вперед, но Риггс схватил мой телефон со стола.
– Под каким именем?
– Человек Франшизы.
Риггс обошел стол и встал справа от меня. Теперь они с Лэски стояли по обе стороны от меня и глядели друг на друга. Риггс сосредоточенно искал нужный номер в контактах. Потом посмотрел на нас и нажал «вызов».
Мобильник Лэски пронзительно зазвенел. Лэски спокойно достал его из кармана пиджака и сбросил вызов. Скривился в ухмылке.
– Иди уже, разбуди суперинтенданта, – сказал он напарнику, не сводя с меня глаз.
Риггс растерялся.
– Если ты оставишь нас наедине, произойдет несчастный случай, – пояснил я. – А Лэски потом будет говорить, что я хотел сбежать и…
Риггс посмотрел на меня:
– Ты что, совсем спятил?
– Иди за Паррсом, – велел ему Лэски, по-прежнему не отрывая от меня взгляда.
– …а кого-нибудь из младших чинов ты сюда не пришлешь, потому что вы не оформили мое задержание. С вас потребуют объяснений.
– Иди за Паррсом, – повторил Лэски.
– Ага, разбежался, – сказал Риггс, думая, что напарник его разыгрывает.
Лэски сорвался на крик:
– Да пошел уже отсюда!
Жилы у него на шее вздулись.
Риггс вытаращился на напарника.
– Это приказ!
Риггс положил телефон и отошел от стола. Нерешительно открыл дверь, вышел и запер ее за собой. Лэски неотрывно глядел на меня. Мы оба прислушивались к шагам в коридоре.
Риггс сначала шел. Потом бросился бегом.
Лэски еще раз звякнул мелочью и вынул руки из карманов. Подступил ко мне.
Я встал и брякнул первое, что пришло в голову:
– Там кругом охрана. Камеры наблюдения с фиксацией времени и даты…
– Не понимаю, о чем ты.
– Охранник опознал тебя по фотографии, – соврал я.
– Ш-ш-ш.
Он лихорадочно соображал, что делать. Придумывал план на ходу. Смахнул со стола мой мобильник, разбил его каблуком. Сорвал с шеи ленту с пропуском, швырнул на стол.
Я покосился на пропуск.
