Петерсоны приехали за близнецами на такси!
– Все-таки это совершенно особый случай, – объясняла миссис Петерсон по телефону, и Клара с легкостью представила себе, как она нервно ломает пальцы, говоря это. – Пожалуйста, постарайтесь, чтобы мальчики были готовы и мы могли бы сразу уехать. Все-таки счетчик-то будет включен!
А дети были по-прежнему заняты заботами о рыбках. Все так и заверещали, когда Алекс в шутку сказал, что ночью нечаянно на них пописал.
Напряжение ощущалось во всем. Билли съел далеко не так много овсянки, как обычно; Барри пролил драгоценное молоко на чистые брюки; Пег все время цеплялась Кларе за ноги.
– Вылезай, Пег, ты же не кролик.
– А можно мы кролика тоже возьмем, мисс Ньютон? Раз уж у нас теперь рыбки есть?
– Нет, Рита, и помолчи хоть минутку. Дай мне сосредоточиться.
Клара и сама готова была расплакаться.
– Вы же будете нам писать, мальчики?
– Конечно, будем!
И оба крепко ее обняли.
– Только, пожалуйста, не пилите пока никаких женщин напополам.
– А вы присмотрите за нашими рыбками?
– Да уж придется присмотреть. Если вы будете писать, договорились?
Теперь уже все засмеялись. Всем было ясно: писать Билли и Барри уж точно
– Мы будем к вам приезжать, – пообещал Билли как бы в порядке компенсации.
– Часто, – прибавил Барри.
Снова объятия, поцелуи, затем подъехало такси, и уже через минуту побледневших близнецов запихнули в машину и увезли прочь.
И Рита сразу же принялась подвывать: «Мама!»
И все-таки это был их первый «успех». Клара позвонила в Совет, чтобы сообщить, что отъезд близнецов прошел гладко, и мисс Бриджес сказала, что она уже внесла это в список их достижений в соревновании с Норфолком и Линкольнширом. Итак, двоих «удалось пристроить», а скольким сотням это еще предстоит?
Теперь в «Шиллинг Грейндж» остались пятеро. Всего пятеро. Казалось, это даже слишком легко, почти по-любительски. Ведь пятеро детей – это почти нормальная семья.
Но мисс Бриджес пообещала: «Мы вскоре пришлем еще», и Клара сразу встревожилась. Все-таки своих пятерых она знала, как собственные пять пальцев – изнутри и снаружи. Как же ей было не волноваться, понимая, что в их уже устоявшуюся «семью» вольются неизвестные новички?
После обеда пришел Айвор, чтобы починить радиоприемник. Клара поднялась в свою комнату, решив уделить себе несколько свободных минут.
Ей все еще хотелось поплакать, но теперь было уже и немного стыдно за собственную слабость. Ведь возможность для детей обрести новую семью и покинуть приют – это и есть главная часть их работы. Отсылать покупателям «банки с вареньем» – неотъемлемая часть ее миссии, это Клара понимала. Ей просто не следовало так сильно привязываться к детям. Она ведь считала этих детей «своими» не для того, чтобы оставить их при себе, а чтобы помочь им вырасти достойными людьми и найти свой путь в жизни. И все-таки «
И хотя Клара очень ценила постоянную помощь Айвора, где-то в глубине души ей хотелось, чтобы помогал ей не Айвор, а Джулиан. Это Джулиан должен был бы ее утешать и говорить, что все будет хорошо; однако Джулиан предпочитал охотиться на бедных лис и понятия не имел о ее горестях и печалях. Клара легла на кровать и стала читать стихи из сборника Тейлор, и постепенно магия поэзии подействовала на нее, и она успокоилась.
Айвор печально ей улыбнулся, когда она снова спустилась вниз – приведя себя в порядок, смыв с лица следы слез и аккуратно причесавшись.
– Я так и думал, что у тебя сегодня будут кошки на душе скрести. Это естественно.
– Ничего подобного, – решительно заявила Клара. – Никаких кошек. И вообще у меня отличные новости.
Он улыбнулся.
– Неужели не можешь угадать? – Клара чувствовала, что говорит каким-то не своим голосом.
– Что, пришла очередь Терри? – предположил Айвор. – Или Пег?
