– Я хочу доказать людям, что они ошибаются, видя во мне монстра. Ты слышала об островной тюрьме? – Эта тема явно его задевала. Я кивнула. – Мои родители оттуда. Я прожил всю жизнь на континенте, но меня до сих пор сторонятся те, кто знает правду о моей родословной. Люди уверены, что такие, как мы, склонны к насилию. Я хочу показать свои лучшие качества, чтобы изменить мнение об «островных детях».
Благородная цель. Грустно лишь, что для этого ему приходилось участвовать в сомнительных шоу.
– Как я могу помочь? – уверенно спросила я. – Если нужно продемонстрировать твои лучшие качества, я могу подыграть тебе.
– Не стоит никого обманывать, но я ценю твое желание помочь, – улыбнулся он.
– Катар, могу я кое о чем тебя попросить? – Я умоляюще на него взглянула. – Если ты заметишь, что я где-то подпираю стену, не дай другим воспользоваться моим позором.
– Я понял. Тогда могу и я тебя попросить? Если мне понадобится твоя помощь, не откажи мне в ней.
Как и говорил Лир, мы действительно сошлись с Катаром из-за схожести жизненных обстоятельств. Мы заняли столик, сделали заказ и продолжили разговор.
Оказалось, что Катар никогда не состоял в серьезных отношениях, так как ему это было неинтересно. Тема «островных детей» на самом деле серьезно его беспокоила, и он старался сделать все от него зависящее, чтобы изменить укоренившиеся стереотипы.
Я, в свою очередь, немного рассказала о работе, впервые не скрывая подлинных чувств. Мы точно могли бы подружиться, а может, нас ждало и что-то большее.
Когда я вернулась в общий зал, меня тут же нашел Лир. Он поинтересовался исходом свиданий, когда спикер стала прощаться с присутствующими.
– Ну, Этьен точно назовет мое имя, если не передумает в течение вечера. С Максимусом контакта найти не удалось, – медленно перечисляла я, загибая пальцы. – Катар внимательный и заботливый, но не знаю, выберет ли он меня… Что важного я пропустила?
Мы сели на софу чуть в стороне от собравшихся, у стены, исписанной инкрустированными драгоценными камнями.
– На предстоящей вечеринке, помимо холостяков и сопровождающих, будут приглашенные гости – представители элит, которые поддерживают идею благополучного завершения эксперимента. – Лир наклонился к моим босоножкам и расстегнул их. – Также во время мероприятия будет объявлено о проведении игр, участие в которых предполагается на добровольной основе. – Он положил мои ноги себе на колени и стал поочередно их массировать.
Затаив дыхание, я не могла отвести взгляда от его рук.
– Мне не удалось выяснить, что это за игры, но бояться, скорее всего, нечего. Участвовать или нет, решай сама. Я буду рядом. – Лир начал массировать ноги выше щиколоток, задрав мое платье до колен. – У тебя на вечеринке будет таймер. На каждого холостяка отводится по десять минут. Всего у тебя сто минут. Использовать время повторно с одним и тем же кандидатом можно только после другой участницы. – Он принялся обувать меня. – Это значит, что времени на общение со всеми не хватит, так как желающих будет слишком много. Твоя главная задача на вечер – запомниться нескольким из них. Заставь этих мужчин хотеть тебя, чтобы после вечеринки они точно назвали твое имя.
В обсуждении предстоящего вечера мы дошли до буфета и взяли десерты. Позже состоялась небольшая презентация, представившая участницам каждого из холостяков. Фигурировала только основная информация: рост, вес, цвет глаз и так далее, ничего личного. В конце нам еще раз напомнили три основных правила поведения на проекте.
Уже через пару минут, выстроившись друг за другом как в первый день, мы оказались перед огромной дверью, которая распахнулась еще до того, как мы до нее дошли. Вечерняя атмосфера в зале только зарождалась. Взгляд приковывал потолок, где проекции космоса, воды и звезд перемещались в медленном вихре. Пол переливался отблесками магических линий, а общий свет был приглушен, из-за чего не получалось разобрать силуэты присутствующих. Я невольно обратила внимание на свое платье, цвет которого стал почти черным.
Лир расплылся в улыбке, осматривая меня в новом образе. На ходу он ловким движением вынул заколку, удерживающую мои волосы в пучке.
– Так-то лучше. – Он положил ее к себе в карман.
Кажется, присваивать мои вещи вошло у него в привычку.
– Мои трусики тоже с тобой?
Лир искоса посмотрел на меня.
– Нет, а что?
– Как думаешь, это странно – носить платье на голое тело?
Я невинно улыбнулась. Лир остолбенел, но тут же расслабился, осмотрев мою фигуру.
Оставив его позади, я стала пробираться сквозь толпу. Оказалось, все мужчины, кроме сопровождающих, носили маски, а значит, узнать холостяков проекта было нереально. Благодаря такому решению организаторов проекта у холостяков появилась возможность самим проявлять инициативу.
Когда я взяла бокал с подноса у мимо проходящего официанта и принялась осматривать гостей вечеринки, кто-то неожиданно схватил меня за руку.
