– Что будете праздновать? – вежливо уточнила она, напоминая мне о выдрессированных интонациях нашей должности. Из-за того, что мы с ней познакомились на Веруме, мне было сложно представить ее в униформе в одном из наших филиалов.
– Что эксперимент, который мы поддерживаем, дает такие результаты, – весело сказал самый пожилой из них. Мне было страшно представить, сколько ему было на самом деле лет.
– Красота землянок – изысканное наслаждение, – добавил другой мужчина, похотливо улыбнувшись, из-за чего я даже сглотнула.
– Желаем вам найти любовь, – добавил третий, приблизившись к Таллид.
– Благодарим, – ответила я, желая побыстрее закончить нашу странную беседу. – Нас уже заждались.
Я потянула Таллид за собой, тяжело дыша.
– Что это с ними? – спросила я шепотом, когда мы отдалились достаточно, чтобы нас нельзя было услышать.
Меня пронзило чувство, что участниц выставили здесь как необычные экземпляры женщин, обществом которых этим извращенцам разрешили насладиться в благодарность за их поддержку. Пусть меня тоже радовало сближение общества Верума и Земли, но я не позволила бы себе смотреть на верумианцев как на мясо.
– Они все такие? – недоумевала Таллид. – Представители элит.
Я представляла себе их иначе. Ведь эти мужчины должны были быть самыми достойными в обществе Верума, чтобы Система возвысила их до уровня элиты. Как-то все не складывалось…
Чен с Амалией обернулись на нас, стоило нам с Таллид появиться в их поле зрения. Девушки выглядели растерянными, даже немного расстроенными. Причиной тому оказалось отсутствие внимания со стороны их холостяков, тогда как приходилось проводить время с навязчивыми гостями мероприятия.
Мы стали частью шоу, где наша индивидуальность была подвергнута извращенной интерпретации. Я с трудом сдерживала злость, видя, как нас рассматривают, словно кукол, для развеивания скуки. Все эти мужчины… смотрели на нас так же, как смотрел на меня Райан. Тогда он сказал, что честен в своем отношении ко мне, и что это значило? Что все, кроме холостяков и организаторов проекта, относятся к землянкам именно так? Вместо того чтобы радоваться перспективе сближения двух миров, я чувствовала гнев и непонимание.
Тревога заставила меня обернуться к Лиру, но его спокойствие говорило о том, что, кажется, я преувеличивала. Когда приглушили свет, Экстаз завел рассказ о прошедших этапах проекта и пообещал пока еще не существующим зрителям увлекательное продолжение развития событий. Искренние забота и сочувствие в его голосе оттеснили тему, заставившую меня нервничать, и я все же смогла проникнуться неоспоримой красотой и величественностью происходящего.
– А теперь пара слов от советников Кристаллхельма, поддержавших наш проект, – трепетно провозгласил Экстаз.
На сцену поднялись пять фигур в одинаковых одеяниях. Длинные золотые мантии, пронизанные черными линиями поверх белых облегающих костюмов и украшенные витиеватыми рисунками, красочно переливались в направленных на них лучах света.
– Добро пожаловать на Верум! – начал мужчина, возглавляющий пятерку. – Меня зовут Исиэль. От лица Совета Кристаллхельма мы очень рады приветствовать вас в этот удивительный этап истории Верума, – продолжил он, подняв руку в знак приветствия. Его голос звучал уверенно, но мелодично, наполняя пространство величественностью. – Сегодня мы стоим перед вами не только как инициаторы проекта, но и как ваша новая семья, ваша новая родина.
– Это отец Аурелиона, – прошептал Лир, опустившись к моему уху.
Вспыхнув от неожиданности, я прикусила ноготь, внимательнее присмотревшись к высокому мужчине, черты лица которого и правда издалека напоминали черты его сыновей. Но, в отличие от них, у Исиэля были темно-каштановые волосы и менее образцовое тело. Взгляд его черных глаз казался проникающим в души всех присутствующих, напоминая о мраке Лиона.
– Мы стремимся к созданию общества, где каждый сможет найти свое место, свое предназначение, – произнес Исиэль, и его слова звучали как лозунг, который должен был проникнуть в умы и сердца будущих зрителей. – Вместе! Мы создаем не просто процветающее общество, а единую семью, где каждый ценен и уважаем.
Исиэль продолжал рассказывать о великих перспективах Верума, о его ценностях и идеалах. Он умело смешивал обещания благополучия с зовом к единомыслию для увеличения результативности. Он сделал шаг назад, пригласив высказаться и других представителей Совета Кристаллхельма. Ими оказались три женщины и всего один мужчина, что меня порадовало. К моему удивлению, все они выглядели достаточно дружелюбно, разрушая образ злых вершителей судеб, намеревающихся уничтожить наши жизни. Слушая их, я не могла поверить, что именно они приняли решение о смертной казни для одной из нас…
Я воинственно расправила плечи.
