Он продолжал что-то говорить, но я уже не разбирала слов. Эти бредни не имели смыла, эта чушь была каким-то пустым трепом, безосновательной ложью… Не могла же вся Земля быть чьим-то экспериментом… В голове разом пронеслись фразы верумианцев, на которые я раньше не обращала внимания:
Казалось, меня сейчас стошнит. Разглядев в конце коридора уборную, я быстрыми шагами направилась туда. Лир бесцеремонно зашел за мной. Окунув руки в холодную воду, я тяжело дышала, медленно осознавая сказанное им.
Впервые не прошло и пары минут, прежде чем я пожалел о сказанном. Я не должен был чувствовать вину за то, к чему не был причастен. Но, глядя на Ати, я будто разом взвалил всю ответственность за эксперимент на свои плечи.
Покачиваясь на месте, она трясущимися руками упиралась в раковину и глядела перед собой.
– Эм, – неуверенно начал я. – Прости. Мне стоило иначе рассказать правду. Не сейчас и не так…
Я шагнул ближе, чтобы придержать ее.
На подгибающихся ногах Ати повернулась, в гнетущем молчании подняв на меня глаза.
Пестрый интерьер, тихая мелодия на фоне, празднество торжества тут же исчезли, забрав с собой все цвета и звуки.
Неожиданно для самого себя я понял, что такой взгляд Ати ломал меня, лишая сил.
– Лир?.. – Ее голос был тихим и безжизненным. – Это ведь не может быть правдой, да?
Несмотря на то что именно я шокировал ее, она продолжала искать во мне поддержку. Нежные пальцы с трудом комкали мои рукава, брови сошлись на переносице, а ресницы порхали, мечась в поисках опровержения гнетущей правды. Она ждала, что я превращу все в шутку, признаюсь в глупом баловстве или подступающем безумии. Смотрела на меня так, словно я был ее спасением, в котором она нуждалась как никогда раньше.
– Пожалуйста, скажи, что мой дом… – Она осеклась, а ее глаза наполнились слезами. – Мой дом не…
Ати поджала губы, не сводя с меня глаз.
Лучше бы она злилась, в ярости кричала и ненавидела меня, но вместо этого она доверчиво ждала, когда же я заговорю.
На что я рассчитывал, так легкомысленно выложив ей всю правду? Подставить Аурелиона? Наказать Совет? Доказать, что любви, в которую она поверила, не существует?
– Прости, – выдавил я хрипло.
Я бездумно примерил на себя роль палача, а теперь позволил казни случиться.
Ати чуть отшатнулась, рассеянно осматриваясь по сторонам.
Я упустил ее взгляд, лишился прикосновений, потерял доверие. Страх сковал мое тело, пропитывая ядом сознание. В мгновение ока я почувствовал всю бессмысленность своего существования.
К чему я шел?
Чем жертвовал?
За что вообще боролся?
Я подвел единственного человека, который безоговорочно вручал мне свою жизнь. Без осуждения, без подозрений…
Как землян могла создать Система?
В чем заключается суть эксперимента?
Что именно испытывают на нас?
В чем предназначение нашего проекта, если Земля и Верум совершенно точно не равны?
Вот что имел в виду Райан…
На тяжело сгибающихся ногах я вышла в коридор, неожиданно застав отца Лиона. Сердце почти перестало биться.
Я не могла позволить себе поверить в то, что услышала.
Мой взгляд застыл на его лице, совершенно точно выдавая опустошающую растерянность.
– Атанасия, я могу тебе чем-то помочь? – учтиво спросил Исиэль, совершенно точно зная, с кем говорит.
– В чем именно заключается эксперимент, который вы ставите на Земле? – Мой голос дрогнул, ведь я пыталась сдержать ужас, который грозил вырваться наружу.
Оглянувшись по сторонам, Исиэль указал нам следовать за ним. Выйдя на террасу, где еще недавно они спорили с Лионом, он горделиво встал передо мной.
Я знала, что мое поведение нельзя было назвать сдержанным и тем более адекватным, но мир рушился, а вместе с ним и мой самоконтроль. В зависимости от ответа советника я могла бы исправить атмосферу нашего знакомства, но сейчас… мне нужно было понять, что здесь происходит.
– Дитя… – Он обратился ко мне с особой нежностью. – Чтобы Верум мог процветать, минуя разного рода катастрофы, мы ставим опыты на Земле.
Меня как молнией поразило. Я снова застыла, не в силах поверить в услышанное.
