Система мира полностью

– Внимание привлекла бы не вонь, а необычность такого занятия. Итак, мочу, скорее всего, упаривали в деревне. Следовательно, кто-то возил мочу оттуда, где её много, то есть из города, например из Лондона, туда, где её можно упаривать незаметно.

– Надо расспросить золотарей!

– Превосходная мысль, господин Кикин, и мне она пришла много раньше, – отвечал мистер Орни. – Однако я живу далеко от нижнего течения Флит, куда золотари слетаются каждый вечер, как мухи, дабы опорожнить свои бочки. Поскольку мсье Арланк обитает в двух шагах от упомянутой канавы, я перепоручил дело ему. Мсье Арланк?

– У меня не было времени… – начал Анри Арланк, но его тут же заглушил возмущённый ропот других членов клуба. Гугенот мужественно демонстрировал галльское самообладание, пока этот парламентский базар не смолк. – Однако мировой судья Саутуарка преуспел в том, что не удалось мне. Вуаля!

Арланк небрежным движением выложил на крышку гроба памфлет. Обложка была напечатана таким крупным шрифтом, что Даниель, не доставая очков, разобрал в свете свечи: «ПРОТОКОЛЫ СЛУШАНИЙ И РЕШЕНИЙ ВЫЕЗДНОЙ СЕССИИ СУДА ПО ГРАФСТВУ СУРРЕЙ».

Дальше шли буквы помельче, но господин Кикин наклонился и прочитал вслух:

– «ПОЛНЫЙ и ПРАВДИВЫЙ отчёт о самых удивительных, зверских и чудовищных ПРЕСТУПЛЕНИЯХ, по справедливости НАКАЗАННЫХ мировым судом с пятницы 1 января по субботу 27 февраля лета Господня 1713/14».

Господин Кикин весело подмигнул Арланку. Памфлеты продавались на каждом углу, следовательно, некоторые – и даже многие! – их покупали. Однако ни один грамотный человек не признался бы, что читает подобного рода литературу. Приличные люди делали вид, что её просто нет. Арланку не след было такое приносить, а Кикину – веселиться. Ох уж эти иностранцы!..

– Простите, мсье Арланк, я не имел… э… удовольствия ознакомиться с данным опусом, – сказал мистер Тредер. – Что там написано?

– Здесь излагается дело мистера Марша, который, проезжая декабрьской ночью по Ламберт-роуд, был остановлен тремя молодыми джентльменами, вышедшими из непотребного дома на Сент-Джордж-филдс. Молодые люди были так возмущены вонью, исходящей от повозки мистера Марша, что, выхватив шпаги, вонзили их в лошадь мистера Марша, и та околела на месте. Мистер Марш принялся звать караул. На его крики из ближайшей таверны выскочили посетители; они и схватили негодяев.

– Какие отважные пьянчуги!

– Тамошние дороги кишат разбойниками, – пояснил мистер Тредер. – Люди, вероятно, решили, что лучше схватить злодея всей компанией, чем быть ограбленными по пути домой.

– Воображаю их изумление, когда они поняли, что схватили не разбойников, а джентльменов! – рассмеялся господин Кикин.

– Джентльменов и разбойников, – ответил Анри Арланк.

– Что?!

– Многие разбойники – джентльмены, – с видом знатока объявил мистер Тредер. – Человеку из общества неприлично зарабатывать на жизнь ремеслом; промотав состояние в игорных и публичных домах, он вынужден идти в грабители. Всё остальное ниже его достоинства.

– Откуда такая осведомлённость? Наверное, вы регулярно читаете эти памфлеты, сэр! – воскликнул мистер Орни, только что не потирая руки от удовольствия.

– Я провожу в дороге немалую часть года, сэр, и знаю о разбойниках больше, чем вы о последних достижениях в области конопаченья.

– И что было дальше, мсье Арланк? – спросил Даниель.

– У задержанных нашли ценности, похищенные несколькими часами ранее из кареты, направлявшейся в Дувр. Пассажиры кареты возбудили судебное преследование. Все трое грабителей оказались грамотные и были отпущены как клирики, не подлежащие светскому суду. Мистер Марш фигурировал в деле лишь как свидетель.

– Итак, мы знаем только, что мистер Марш ехал по Ламбет-роуд с чем-то столь дурно пахнущим, что три разбойника, не убоявшись виселицы, выместили досаду на его кляче! – воскликнул мистер Орни.

– Я знаю чуть больше, сэр, – отвечал Арланк. – Я навёл справки на набережной Флит после наступления темноты. Мистер Марш и впрямь был лондонским золотарём. Его собратья по ремеслу нашли очень странным, что он среди ночи пересёк реку со своим грузом.

– Вы сказали, был золотарём, – вмешался Даниель. – Что с ним теперь? Умер?

– Оставшись без лошади, он вынужден был отойти от дел и переселился к сестре в Плимут.

– Возможно, нам следует отрядить кого-нибудь в Плимут, – полушутливо заметил Даниель.

– Исключено! Состояние наших финансов весьма плачевно! – объявил мистер Тредер.

Клац! – щёлкнули челюсти, и все взгляды обратились к Даниелю. Он знал мистера Тредера дольше остальных, а следовательно, по этикету имел право первым откусить тому голову.

– Мы удвоили наш бюджет, сэр. Как понимать ваши слова?

– Не совсем удвоили, сэр, потому что вашему пиастру не хватает нескольких пенни до фунта стерлингов.

– А моя гинея, как всем известно, на несколько пенни дороже, – сказал мистер Орни, – так что можете восполнить недостачу брата Даниеля за мой счёт, а сдачу оставить себе.