«Когда ты строишь бизнес, мир не становится добрее. Он просто начинает смотреть на тебя иначе. И если ты умеешь защищать, вдохновлять и говорить просто — ты меняешь не только правила. Ты меняешь сам рынок.»
Алекс сидел в новой переговорке. Стены — стеклянные, белая доска, кресла не скрипят. Пространство выглядело серьёзно, и в то же время — как продолжение его старого блокнота. Чисто. Минималистично. Чётко.
— Мы растём, — сказал он. — И не по дням, а по часам. Это не радует. Это обязывает.
За столом сидели Мира, Павел, Рита и ещё двое новых — менеджер по маркетингу и дизайнер интерфейсов. Всего команда уже была из девяти человек. Все молодые. Все — в теме.
Павел провёл короткую презентацию: рост установок, удержание на уровне 34%, доход — пока скромный, но стабильный. Алекс слушал, кивая.
После собрания он вышел на улицу, подышать. Голова гудела от данных. И в этот момент — появилось системное окно.
Алекс выдохнул. Это было не просто испытание. Это был маркер. Метка, что он уже не мальчик с идеей, а игрок. Тот, кто может выйти на поле против сильных.
На следующий день он начал масштабирование.
Они запустили контекстную рекламу по всей стране, сконцентрировавшись на регионах с низким банковским охватом.
Подключили инфлюенсеров в TikTok — тех, кто говорил просто и по делу о деньгах.
Создали реферальную систему: приведи друга — получи расширенные функции.
Начали переговоры с онлайн-школами, чтобы встроить их интерфейс как систему личного финансового развития для подростков.
Финтех Findex превращался в платформу.
Мира стала чаще появляться в новостных каналах как лицо продукта. Её спокойно подача, интеллект и лёгкая харизма вызывали доверие.
— Ты не ревнуешь? — спросила она как-то вечером, пролистывая комментарии.
— К тому, что растёт вместе с нами? Нет. Я это построил. И я в тебя верю, — ответил он спокойно.
Но внутри он знал: масштаб — это не только рост. Это давление. Ответственность. И, возможно, первые предательства.
Вечером он снова открыл интерфейс. Там всё ещё висел квест.
Он записал в блокноте:
«Миллион — это не деньги. Это допуск. К разговору с теми, кто называет себя реальными. И если я войду туда — то не для того, чтобы остаться. А чтобы забрать своё место за столом.»
Через две недели после масштабного запуска цифры пошли вверх. Очень вверх.
— Мы приближаемся к первой сотне тысяч долларов чистой прибыли, — сказал Павел на утренней планёрке. — Темп набора пользователей выше прогноза. Люди не просто скачивают — они остаются.
— Мы дали им то, что никто не дал: простоту, силу и уважение, — ответил Алекс. — Но расслабляться рано.
Он знал. Интуицией. Костями. Слишком легко. А значит — рядом кто-то, кто тоже начал двигаться.
И он оказался прав.
В тот же день Рита принесла на стол Алексу письмо. Бумажное. Без марки. Внутри — карточка, тиснение золотом.
GreyKey Capital Group
Предложение делового сотрудничества. Конфиденциально.
Алекс прочёл быстро. Суть: крупный инвестиционный фонд, который «ведёт десятки успешных финтех-инициатив», заинтересован в покупке технологии, аудитории и команды. Не бренда. Только ядерной части.
Цена — $5 000 000.
Он положил письмо и молчал минуту. Потом поднял глаза.
— Павел. Подними всё, что можно найти про GreyKey. В первую очередь — сделки за последние три года.
— Уже ищу.
Через пару часов стало ясно: GreyKey не покупали, они пожирали. Захватывали перспективные проекты, увольняли основателей, переупаковывали под себя, сливали в анонимные интерфейсы.
— Это угроза? — спросила Мира.
— Нет. Это приглашение. На ринг.
Он открыл систему. Интерфейс молчал. Только квест «Миллион» висел в углу, как напоминание.
Алекс открыл блокнот.
«Если кто-то готов купить тебя за пять — значит, ты стоишь пятьдесят.
И если они пришли раньше миллиона — значит, боятся, что ты дойдёшь.»
Он встал, подошёл к доске и написал большими буквами: