Перенеся несколько десятков раундов жестоких избиений, я едва живой поволок своё тело домой. Сейчас нет сил пережёвывать всё услышанное или увиденное, просто хочу добраться до постели и отрубиться с концами. Через главные ворота не стал проходить, ведь вернуться с побоями — не самая лучшая идея. У стражников может появиться очень много ненужных и неудобных вопросов, поэтому я ловко поднялся на крышу одного из зданий и практически бесшумно перелез через стену, оказавшись на свободе.
Быстро доковылял до дома, открыл дверь и, отлежавшись в огненной ванне, быстро упал на кровать, распластавшись на мягком матрасе. Утро предстоит быть очень насыщенным, ведь я уверен на все сто процентов, что Саймон вытянет из меня всю душу в попытках узнать, откуда у меня такие синяки.
— Разберёмся… Разберёмся, — зевнул пару раз и сам не понял, как отключился.
Как я и думал, Саймон, стоило ему увидеть мои синяки, всю кукушку мне проел о том, как это произошло, кто это сделал и тому подобное.
Не успел зайти, как он с порога начал массированную атаку вопросами о том, какого лешего вообще произошло. Стражники ему доложили, что я приходил в город под покровом ночи, но толстяк проверил лабораторию и она оказалась ровно в том состоянии, в каком он оставил её в последний раз. Ему не составило труда понять, что меня и не было здесь.
Сегодня у Саймона нет клиентов в лавке — он её закрыл, чтобы сконцентрироваться на моём обучении. Разочарованная толпа солдат удачи, которые чуть ли не с самого утра уже облепили магазинчик со всех сторон, с недовольным лицом разошлась, и толстяк захлопнул дверь, закрыв её на ключ.
Он развернулся ко мне и, обведя моё покрытое синяками лицо, грустно выдохнул и поманил меня в лабораторию. Я пожал плечами и пошёл вслед за ним, предвкушая целую тонну вопросов.
Мы присели друг напротив друга в тесной комнатушке. Саймон по привычке закурил. Тишина — не самое приятное дело. Она давит на виски и заставляет болеть без того ноющие раны, рассыпанные по всему телу.
— Что случилось? — прямо спросил я.
— Это мне нужно спросить, Алекс, какого дьявола ты обманываешь моих людей? Что произошло этой ночью и откуда все эти раны? Мне можешь не врать, узнаю всё в любом случае, — голос толстяка был предельно серьёзен. Уверен, что этот жук докопается до правды, но как мне это всё рассказать? У Самуэля тоже есть свои люди и они без проблем смогут узнать, что информация о том, что я обучаюсь у него, просочилась от меня же!
— Я обучаюсь у сильного мастера, и, как ты понимаешь, тот не даёт мне спуску, — пожал плечами, говоря это так легко, словно ничего и не произошло, а мои раны — не более чем следы от слабеньких ушибов, хотя до сих пор ощущаю привкус крови во рту. Этот ублюдок Самуэль от меня чуть ли мокрого места не оставил, вбивая свою мудрость, как он говорил.
— Твою мать, Алекс, что это за мастер такой⁈ — Саймон оскалился и резко подскочил, перекусив сигару от злости. Оба конца с глухим звуком упали на пол и покатились к моим ногам. — Где это видано, чтобы учитель выбивал всё дерьмо из своего ученика⁈ Может, ты лжёшь мне⁈ Говори правду, Алекс, всё узнаю и оторву руки тому ублюдку, который это сделал!
— Саймон, — встал и серьёзно на него посмотрел, — Неужели я настолько идиот в твоих глазах или слабак, который безвольно будет терпеть побои? Это обучение и мастер слегка своенравный, но от этих тренировок огромная польза, несмотря на всё неудобство, да и… — почесал лоб и произнёс, — Как его одолеть, если это практик на стадии воли? Я боюсь, что одного чиха этого человека достаточно, чтобы снести весь город, не говоря уже о нас с тобой.
Когда сказал, насколько силён человек, который является мне мастером, Саймон побледнел и медленно осел на стул, достал новую сигару и дрожащей рукой обрезал конец, подпалил и затянулся.
— Знаю я, что значит стадия воли, — произнёс мужчина, — Не понаслышке знаю, — добавил он. — Но как ты с ним познакомился? Какого лешего ты связался с таким мощным монстром?
В общих чертах объяснил, как это произошло. Конечно же, придумал особенную легенду о том, что странствующий практик из великой семьи заметил моё самосовершенствование и предложил учиться у него.
— Погоди-погоди, из великой семьи? — мужчина вдруг нахмурился. — Он случайно не предложил тебе роль надзирателя?
— Нет, он предложил мне стать алхимиком и получить степень, прямо как ты, — когда я это сказал, глаза Саймона чуть ли не вылезли из орбит. — Поэтому продолжаю тренировки, несмотря на вот эти синяки.
