— Ха-ха-ха! — я рассмеялся, глядя на то, как его одежда пропитывается кровью и потом. Только что он весь такой из себя подошёл ко мне с напыщенной физиономией, а теперь валяется, словно собака, — Что такое? Устал уже?
«Остановись, мальчишка, не создавай неприятностей!» — внезапно в моей голове раздался чей-то голос. В шоке я распахнул глаза и попытался оглядеться по сторонам, но аура вдруг прекратила своё воздействие на меня. Я резко выпрямился и вернул спокойствие в два своих ядра ци. Всё вроде бы прекратилось, и, зализав растрёпанные волосы назад, я осторожно отошёл обратно к стене и сделал вид, что ничего не произошло.
Всё действительно вернулось в норму, и даже тот уязвлённый в задницу практик быстро поднялся, привёл себя в божеский вид и скрылся в толпе, ловя на себе насмешливые взгляды.
Я слегка прикрыл глаза, не обращая на перешёптывания, которые разносились по огромному залу, и спустя час распахнул их, ведь бронзовая дверь начала медленно раскрываться, приковывая к себе взгляды.
Из-за неё вскоре показались три фигуры. Каждый из них обладает внушительной базой культивации, и что самое интересное, эти люди являются духовными практиками на стадии воли. Каждый из них сильнее моего мастера…
Седовласый старик в пёстрых фиолетовых одеждах вышел вперёд, а два других мастера встали позади него. Он схватился за бороду и оглядел всю толпу, его взгляд лишь на долю секунды задержался на мне и, кивнув, он громогласно объявил:
— ОБЪЯВЛЯЮ ПЕРВЫЙ ЭТАП ЭКЗАМЕНА НА ПЕРВУЮ СТЕПЕНЬ АЛХИМИКА… — он сделал небольшую паузу, будто бы проверяя реакцию народа, потом как заорал, что у меня аж уши заложило: — ОТКРЫТЫМ!
Его голос начал резонировать по залу, становясь всё громче и громче, пока даже стены не задребезжали. Что самое интересное, это не причиняло мне никакого дискомфорта, только кровь будто бы воспламенилась, и волнение нахлынуло с невиданной доселе силой!
Я крепко сжал кулаки и уставился на седобородого старика, ожидая того, что он скажет дальше.
— Следом два руководителя объяснят правила для первого этапа, — старик повернулся к нам спиной и ушёл, оставив после себя двух практиков среднего возраста. Они одеты в зелёные одежды, рукава их плащей пошиты золотыми нитями. В глазах виден лишь холод и абсолютное отсутствие эмоций. Они не считают нас даже за людей, не говоря уже о том, что все здесь собравшиеся — это перспективные алхимики, которые могли бы работать в лавке или хотя бы стать подмастерьем.
Около трёх сотен, а может и всех пяти, таращилось на двух именитых алхимиков, ожидая, когда те уже начнут говорить.
— Правила для первого этапа довольно просты: каждому из вас будет выдано задание, состоящее из ста вопросов, на которые нужно будет ответить за отведённое время. Само время неизвестно, оно может быть как час, так и все десять, — произнёс один из алхимиков, — К каждому из вас будет приставлен соответствующий проверяющий. Если будет нарушено одно из правил — моментальная дисквалификация.
Внезапно среди толпы, прямо в первых рядах, молодая девушка лет пятнадцати на вид подняла свою тонкую белоснежную ручку и мелодичным голоском спросила:
— Разрешите спросить, многоуважаемые алхимики? А какие правила?
Вместо ожидаемого ответа, она получила лишь суровый голос именитого алхимика:
— Дисквалификация, нарушение правила!
Лицо девушки мгновенно побледнело, она пошатнулась и рухнула на пол. Не успела она прийти в себя, как из-за угла выскочила целая группа стражей, которые, кстати, и окружили меня перед стойкой регистрации. Они подхватили её под руки и потащили прямиком на выход из зала.
До самого последнего момента из её рта не вырвалось и звука.
— Твою-то мать, — прошептал один из практиков, не выдержав накала обстановки.
Все собравшиеся здесь были солидарны с ним и моментально уяснили одно из правил — «Не стоит раскрывать рот, если тебе не позволено этого сделать».
После произошедшего толпа мгновенно притихла, я перестал слышать даже самые тихие перешёптывания. Все без исключения напряжённо уставились на того мужчину, который вынес суровый вердикт. На самом деле это очень странно, разве ассоциации не нужно больше перспективных алхимиков? Для чего такой жестокий отсев, который ломает судьбы участников? Это непонятно мне и вызывает большие сомнения в том, как здесь всё устроено на самом деле. Но я уже здесь, пути назад нет, да и не собираюсь я отступаться, ведь мне необходима эта степень алхимика и место в ассоциации, чтобы наконец-то ощутить себя в полной безопасности, особенно после того, как я прилюдно уничтожил отпрыска великой семьи. Чёрт, это было действительно что-то с чем-то, давно не ощущал себя настолько живым!
Но это не про то, что происходит сейчас. После того как девчушку выгнали в шею из этого огромного зала, до отказа забитого людьми, мужчина обвёл всех взглядом и продолжил вещать:
