Командир «Варшавянки» получил приказ немедленно выдвинуться к Пирею и скрытно, чтобы не насторожить террористов, произвести высадку боевых пловцов. Грекам об этом сообщать не стали, чтобы не накалять и так непростую обстановку. Власти Греции просто предупреждены о возможном нападении террористов на порт, а также о том, что спецслужбы России и США проводят в окрестностях Афин спецоперацию по обезвреживанию уцелевших боевиков Аль-Ка – иды…
Чрево подводной лодки разрезал тревожный звонок. В отсеках разнеслось:
– Боевая тревога! Боевая тревога! Приготовиться к погружению!
«Варшавянка» дрейфовала, будучи ошвартованной у борта эсминца «Верный». В течение минуты палубная команда отдала концы. Взревели дизеля, лодка отвалила от эсминца и взяла курс на Пирей.
Матросы швартовой команды скрылись в люке, последним ходовую рубку покинул командир. Пока вахтенный задраивал люк, лодка приготовилась к погружению.
– Перейти на электроход! – скомандовал командир.
Дизеля заглушили, вместо них включили в работу электродвигатели.
– Есть электроход! – доложил командир БЧ-5 в боевую рубку.
– Внимание всем! Погружение! Боцман! Руль глубины двадцать градусов! Командир БЧ-5, ход десять узлов!
– Есть угол двадцать градусов!
– Есть ход десять узлов! – разнеслось в отсеках.
В следующую секунду подводная лодка вздыбила своим резиновым носом гладь моря и начала быстро погружаться. Сперва под воду ушла передняя часть, потом в свете склонившегося солнца сверкнули пенные буруны от ходовой рубки. Наконец, под водой исчез весь покрытый резиной мягкий корпус. Только антенны еще какое-то время продолжали разрезать поверхность моря, но вот исчезли и они. Стальная сигара со скоростью тридцать с лишним километров в час устремилась под водой к порту, чтобы не дать террористам привести в исполнение свои замыслы.
Командир в боевой рубке приложил к губам микрофон:
– Командир БЧ-3! Приготовить к выпуску боевых пловцов первый, второй, третий, четвертый торпедные аппараты! О готовности доложить!
Тучи на небе рассеялись окончательно. Но светлее от этого не стало. Солнце уже склонилось над морем. До наступления темноты оставалось совсем мало времени. А где-то в стороне Афин рыскали злобные чеченцы, которым терять было уже нечего.
Гарри Грант продолжил допрос Аслана. Речь шла о Халиде, о том, что араб действует в Афинах от имени самого Усамы бен Ладена.
Виктор слушал Аслана вполуха и в разговор не вмешивался. Он, конечно, отдавал себе отчет в том, что именно Халид является самой опасной фигурой террористического интернационала, высадившегося в Афинах. Но, несмотря на это, мысли Виктора то и дело возвращались к Вахиду Шимаеву. Потому что угроза для российской олимпийской делегации в данный момент исходила именно от него. А Виктор как раз для того и приехал в Афины, чтобы защищать своих соотечественников.
Когда со стороны берега донесся рокот вертолетов, Логинов ткнул сигарету в пепельницу и вскочил на ноги.
– Наконец-то! Так ты мне его дашь напрокат?
Речь шла об Аслане. Только он знал чеченских террористов в лицо и мог безошибочно их опознать. Гарри Грант изобразил на лице сожаление:
– Извини, но теперь не могу… Поскольку сделка состоялась, по закону он теперь находится под охраной федерального правительства. И я обязан немедленно переправить его в безопасное место.
– Ладно! Черт с ним! – зло покосился на Аслана Логинов. – Но вертолет ты мне, надеюсь, дашь?
– Как договорились, – кивнул Гарри. – Только постарайся не развалить окончательно Акрополь, а то начальство меня не поймет.
Полторы минуты спустя американский военный вертолет взмыл в небо и устремился над побережьем к Пирею. На борту, кроме двух членов экипажа и Логинова, находились трое «дельтовцев»…
Вдали показалась Мегара. Вахид Шимаев с хрустом потянулся. Он здорово проголодался. И хотел как можно скорее попасть на виллу. Абсолютно никаких причин для беспокойства у Шимаева не было, но зверь на то и зверь, чтобы всегда быть настороже. И Вахид потянулся за биноклем.
Мощная бельгийская оптика словно бы перенесла чеченца на пару километров вперед. И он тут же увидел нечто такое, отчего его расслабленность мгновенно улетучилась.
– Поворачивай! – рявкнул Вахид. – Быстро! Да не туда, к берегу!
Ангелос, дернув штурвал, выполнил команду.
Вахид снова поймал в фокус тыльную сторону арендованной виллы и пробормотал слова проклятия.
Он не ошибся, и ему не померещилось. Вдоль обрывистого берега к задней калитке продвигались фигуры в черном. Это могло означать только одно – на виллу собирался нападать спецназ.
Вахид быстро перевел бинокль на море. Из-за испортившейся погоды плавсредств у побережья было не так уж и много. Но главное, что ни один из находящихся в зоне видимости катеров пока не изменил курс и не направился в сторону террористов.
Вахид быстро отдернул бинокль от глаз. Его растерянность длилась не более секунды. Потом он скомандовал:
– Назад к Элевсину! На полной скорости!
