— А может быть, всё было по-другому? Раньше они эту чокнутую знать не знали. Однако на пожаре поняли, что к нему причастен дракон. Устроили раненых в больницу, подлечили, а после решили поискать гадину. Просканировали город, обнаружили её и явились за ней, пленили. Их ведь двое было — значит, перевес сил наверняка оказался на их стороне.
— Но хозяйка не заметила, чтобы женщину как пленницу уводили — иначе наверняка сказала бы об этом, — опять возразила я. — Она весьма словоохотлива и, по-моему, достаточно наблюдательна.
— Очевидно, драконы не хотели выносить сор из избы, поэтому и сделали вид, будто просто улетают вместе, — нашёлся Генри. — А на самом деле Шантара вполне могла быть под контролем. Драконы — сильные маги. Тролли им явно не чета, чтобы с лёгкостью распознать контроль или какие-нибудь хитрые путы.
— Ну может быть, — согласилась-таки я с его доводами. — Только нам с того не легче. По собственной воле Шантара улетела с соплеменниками или в качестве пленницы — в любом случае, мы возможность пообщаться с драконами упустили, и теперь всё-таки придётся плыть на их континент.
— Это да, — вздохнул Штурмовик.
Вернувшись в трактир, мы сразу же рухнули спать. Даже поесть сил не осталось, хотя, кроме тех несчастных булок, у нас уже сутки маковой росинки во рту не было.
Когда проснулись, солнце уже клонилось к закату. Однако наполнить липшие к позвоночнику желудки и теперь оказалось не судьба. Потому что у нас пропал Дик.
В соседней комнате его не было.
Мы спешно спустили вниз, чтобы расспросить о нём трактирщика.
Тот, к несчастью, Дика в глаза не видел. Но работавшая в обеденном зале подавальщица поведала, что орчонок убежал куда-то ещё час назад.
Господи, где же его теперь искать?
— Подожди паниковать, — осадил меня Генри. — Мальчишка привык к вольной жизни. Проснулся, стало скучно — вот и умотал погулять. Вернётся. Конечно, надо будет поговорить с ним, чтобы впредь не исчезал без предупреждения. Надеюсь, он не по помойкам шариться отправился в поисках «завтрака»? — нахмурился вампир.
Мы решили всё-таки поесть и вернулись в свою комнату. Припасов, собранных нам в дорогу вампирами, у нас ещё хватало.
А минут через десять появился и Дик.
— Почему ты ушёл, ничего нам не сказав? — решила я завести разговор по теме немедля. — Мы вообще-то беспокоились.
— Но вы спали… — растерялся мальчик.
— Всё равно, если мы теперь вместе, ты не должен исчезать молча, — сказал Генри. — Понимаешь?
— Да. Простите, — орчонок виновато потупился.
— На первый раз, конечно, прощаем, — улыбнулся ему вампир. — Мой руки и садись есть.
Дик метнулся выполнять указание едва ли не бегом и буквально через минуту уже сидел с нами за столом.
— Где ты был? — спросила я, выдав ему кусок буженины и лепёшку.
При виде мяса у мальчишки загорелись глаза. Впрочем, лепёшкой он тоже не побрезговал, сразу же откусив кусок побольше.
— На рынке, — ответил он.
Причём не с набитым ртом — как я, признаться, ожидала, а предварительно спешно прожевав.
— Надеюсь, ты там не еду воровал? — Генри строго посмотрел на него.
Мальчишка замотал головой:
— Нет. Новости слушал. — И принялся взахлёб рассказывать: — Кое-кто, между прочим, видел, как ночью драконы взлетали с реки.
— Удивительно, что лёд под ними не проломился, — заметила я.
— Ну, наверное, поставили какую-нибудь укрепляющую защиту, — вставил Штурмовик.
— Вернее, с реки взлетал только один, — продолжал Дик. — Тот, к которому женщина на спину села. Второй-то с набережной взлетел, трансформируясь в процессе.
— Точно — пленница, — заключил Генри. — Иначе что, спрашивается, мешало ей самой махать крыльями?!
Вероятней всего, Генри был прав. К чему было городить огород с укреплением льда на реке, если драконица вполне способна лететь сама. Даже если один из мужчин её муж или любовник и решил облегчить ей возвращение домой — она вполне могла опуститься ему на спину уже в полёте. А вот надеяться на то, что пленная мерзавка полетит с ними добровольно, а не постарается удрать при первой же возможности, вряд ли стоило.
— Да, по всей видимости, — согласилась я. — И тогда это наверняка была Шантара. Что ж, нам без вариантов придётся плыть на драконий континент. Но один безусловный плюс в сложившейся ситуации есть — вряд ли драконы позволят гадюке причинить вред ребёнку.
— Главное, чтобы не казнили её за убийства ещё беременную, — привнёс «оптимизма» Штурмовик. — Но, надеюсь, до этого всё-таки не додумаются. Дик, — он посмотрел на орчонка, — ты что-нибудь знаешь об их законах?
— Нет, — помотал головой тот. — Слышал только, что драконы славятся своей справедливостью.
У меня нехорошо ёкнуло в груди. По справедливости за убийство больше десяти нелюдей тварь как раз должны были бы казнить. Оставалось надеяться, что драконы не считают, будто детям
Конечно, с одной стороны, от осинки не родятся апельсинки. Но, с другой, средний сын этой чокнутой вырос адекватным. Да и Андер, если посмотреть совсем беспристрастно, в общем-то, тоже. А если ещё и вспомнить его историю…
