— Тварина! — зарычал Вазлисар, стиснув кулаки так, что побелели костяшки пальцев. — Спалю! Разорву на части!
— Гадина! Сука! — вторил ему Гирзел. — Как же можно до такой степени ненавидеть своего собственного, едва родившегося ребёнка?!
Его, как могла, старалась успокоить Дэйнария. А Вазлисара — опять Сонирал.
Выждав, пока поулягутся эмоции, Гелара продолжила рассказ:
— «Что-то не могу понять, чей он», — озадаченно произнёс другой мой брат.
И лишь после его слов, я осознала, что это
Тут я окончательно перестала понимать что-либо. Не только потому что тоже не узнавала, чья же в нём кровь. Но ведь преждевременные роды
Какой же кошмар должен был с ней приключиться?!
Однако её истерзанного тела нигде не наблюдалось. И даже слегка раненого. Мамаша преспокойно умотала прочь и возвращаться явно не собиралась.
«Ладно, пойдём куда-нибудь в тепло», — предложили братья.
Я согласилась, поскольку первую терапию уже закончила. Торчать в этом грязном подвале дальше действительно не было причин.
Прикрыла малыша мороком, и мы выбрались на улицу. Отдавать бедняжку этой, с позволения сказать, матери я не собиралась, даже если та вдруг объявится, — решила забрать его себе.
Когда мы дошли до набережной, вдали увидели полыхавший на той стороне реки пожар.
— Как бы полгорода не сгорело! — забеспокоились братья.
Потому что пламя там наверняка было ужасающим.
Я сказала им:
«Конечно, летите — помогите тушить. А я устроюсь в каком-нибудь трактире. Потом меня разыщете».
Братья умчались на пожар, а я решила отправиться в более приличный район. Безусловно, нападать на дракона — сумасшедших нет. Но приносить и так еле живого младенца в грязную забегаловку я не собиралась.
Тут, правда, опомнилась, что тепло — это, конечно, важно, только накормить-то мне малыша вовсе нечем.
[1] Визуализацию Гелары можно посмотреть в моей группе в ВК в альбоме “Визуализация к циклу «Новый год c драконами»”.
Гелара нахмурилась, наверное, вспомнив свои эмоции, когда на неё нахлынула эта проблема.
— В общем, пока мне оставалось лишь усыпить малыша покрепче, — продолжила она говорить, помолчав несколько секунд. — Думала, что отправлюсь на поиски молока, после того как устроюсь где-нибудь на ночлег. Однако когда сняла комнату в достаточно приличном трактире, поняла, что нужно срочно продолжать лечение — бедняжка был слишком слаб, и оставить его одного без присмотра я бы ни за что не решилась, даже поставив на него кучу защит и сигналок.
Ладно, в конце концов, от голода он пока точно не умирал.
Но братья — молодцы, догадались раздобыть грудного молока и даже бутылочку с соской. Почему-то у троллей никогда не бывает излишков молока, но за хорошую плату женщина, к которой братья ещё и вломились посреди ночи, всё же нацедила нам с малышом почти целую бутылочку.
Покормив мальчика, я решила, что пора выдвигаться в путь. Оставаться в Гроллш-Фазоре дольше не было никакого смысла — единственное, чего мы тут дождёмся, это что молоко снова кончится.
Опять прикрыв ребёнка мороком — потому что ни одна нормальная драконица никогда не станет путешествовать с новорождённым — мы покинули трактир. Один из братьев понёс меня на своей спине домой, а другой полетел на поиски кормилицы — за пределы тролльских земель.
В тот же день он вернулся, привезя с собой семейную пару с младенцем. Они были рады заработать таким нехитрым способом, тем более что молока у женщины прекрасно хватает на двух детей.
Вот, собственно, и вся история.
А что касается пожара, вернувшись с него, братья рассказали, что устроила его опять же какая-то неизвестная драконица. По правде говоря, мы сразу же заподозрили, что это та же самая мерзавка, которая родила и бросила своего ребёнка на погибель.
Скажите, у вас есть объяснение, — обратилась Гелара к нам, — почему она поступила так? Ладно, предположим, не хотела воспитывать ребёнка сама. Я этого не понимаю, но чисто теоретически допустить такой вариант могу. Но ведь не развалилась бы эта змея прилететь сюда и подбросить малыша нам. Или хотя бы троллям в селение по соседству — они бы наверняка принесли кроху-дракончика в замок. Но нет — гадюка его просто выбросила. Как ненужную вещь!
Честно говоря, ответить нам было нечего — потому что произошедшее до сих пор не укладывалось в голове. Вот вроде бы и знали, что Шантара — чокнутая тварь, и Вазлисару она прямым текстом заявила, что убьёт ребёнка, а всё равно, видимо, в глубине души до последнего не верилось, что сука действительно способна так поступить.
Однако драконица ждала от нас хоть какой-то реакции. И в итоге, тяжело вздохнув, заговорил Вазлисар:
