— Вовсе не сложный вопрос, — сказал он, медленно выдохнув. — И ответ на него тоже очень простой. Андер живёт в другом мире, поэтому он вообще не знал о побеге матери. Надеюсь, это достаточная причина для того, чтобы не принимать участие в поисках младшего брата?!
Изумрудный неохотно кивнул.
— Тогда ответьте наконец, — продолжал Гир, — какие претензии у вас имеются конкретно ко мне? С чего вы вообще решили, будто имеете право отобрать у меня моего младшего брата?! Я очень ждал его рождения. Принял решение, что буду сам его воспитывать ещё в тот самый момент, как узнал о беременности матери, потому что она уже тогда была арестована за свои преступления. Я безумно благодарен Геларе и её братьям за то, что спасли Зоргена. Но это мой
— Хорошо, можешь забрать брата после того, как отпадёт необходимость держать его в созданном Геларой защитном коконе, — милостиво произнёс-таки изумрудный, выслушав речь сына и ещё поразмыслив после этого с полминуты. — Но мы обязательно навестим малыша в ближайшее же время, — это прозвучало как непререкаемое условие.
Я застонал про себя, предчувствуя новые проблемы. Ведь так скоро они точно не смогут увидеть мелкого.
Мы переглянулись с Сониралом, и он сделал мне знак, что сам всё объяснит. Ну, будем надеяться, что
— Всегда пожалуйста, — улыбнулся Кодо. — Только не раньше, чем через полтора года. — Глаза изумрудного гневно сверкнули. Но Сонир продолжал: — Дело в том, что мы не совсем из вашего времени. Шантара, убегая, нырнула на полтора года в прошлое. Ну а мы вслед за ней. Теперь, естественно, вернёмся в своё время. Поэтому, если вы придёте к нам через полтора года, то это для вас пройдёт такой срок, а для Зоргена всего несколько дней. Если же вы явитесь раньше — вас там вообще никто знать не будет. Да ещё и прошлое нам измените, начав объяснять, кто вы такие, — что абсолютно недопустимо.
Зелёноволосый нахмурился, но спорить и возмущаться всё же не стал.
На этом, собственно, наше участие в Совете и закончилось.
Как же мне не хотелось, чтобы с нами летела цветастая делегация! Во-первых, не было ни малейшего желания видеть, как какие-то пришлые ящеры топчутся в нашем Воолло. Во-вторых, во время путешествия эти типы не дадут спокойно пообщаться с Геларой. Наверняка будут постоянно наблюдать за нами, недовольно перешёптываться за спиной. Нет, на их мнение я плевал с самой высокой башни. Только вот постоянное присутствие рядом будет дико раздражать.
Но как бы там ни было, разноцветная шайка желает во всём убедиться лично.
Вот бы заставить их Коридор пройти! Чтобы на всю жизнь осталась память о гостеприимных Мадо.
Я представил, как они в ужасе носятся по замку, умоляя вернуть свой прежний цвет волос, и настроение немного улучшилось.
Правда, как выяснилось, одному из них Коридор Мадо никакими последствиями не грозил — с нами летел тот самый брюнет, который что-то вякал на Совете. Компанию ему составили изумрудный (куда ж без него-то!) и сиреневый — он встречал нас на площадке в день прилёта.
Плотно позавтракав, мы отправились в путь. Но перед этим забежали попрощаться с Зоргеном, который оставался на попечении Гелариных братьев. Мелкий как раз только что поел и ещё не успел заснуть. Глазки уже слипались, но когда я взял его на руки, он распахнул веки и посмотрел на меня так выразительно, словно понял, что папа отправляется выполнять очень важную миссию.
Да, сын, не всё так просто — право на твою жизнь в родительском доме ещё нужно отвоевать!
Поцеловав Зоргена и уложив его в кроватку, мы поспешили к остальным — они дожидались нас на площадке.
Один за другим в небо взмыли одиннадцать драконов — четыре чёрных, четыре белых, огненный и двое сыновей радуги.
Ольгу с Генри в этот раз решил нести на себе Гирзел.
«Ну да, не всё же главе Кодо извозчиком работать», — саркастично заметил я про себя. Ещё месяц назад, естественно, произнёс бы это вслух.
Лететь предстояло через четыре мира — два низших и два серединных. Последние «порадовали» нас дрянной погодой. В одном дожди и грозы, в другом всю дорогу снегопад. А вот в низших почти блаженство — в обоих поздняя весна.
В общем и целом полёт занял чуть больше суток. Ещё несколько часов мы отсиживались в лесу на Соктаве, дожидаясь, когда стемнеет — ведь ни одна живая душа на территории Мадо не должна нас видеть. И лишь когда сгустилась тьма, мы двинулись дальше.
На место прибыли за полночь. Замок спал. Только из окон лаборатории пробивался свет.
Твою ж мать — там
Меня передёрнуло.
