Зоргена мы увидели даже раньше, чем рассчитывали. Гиварт с Десартом как раз гуляли в ним в саду. Причём за время нашего отсутствия драконы успели сделать по чертежам Генри коляску. И малец преспокойно посапывал в ней. А катил её по дорожке… Дик. Ужасно гордый, что ему доверили такое ответственное дело.
Рыжая едва удержалась от порыва схватить малыша на руки и зацеловать. Но всё же будить не стала.
Вечером, искупав и уложив Зоргена спать, мы с Геларой долго занимались любовью.
Поскорей бы состоялся новый суд. Быть может, срок мне скостят прилично и я смогу всё-таки позвать рыжую с собой? Признаться, своей жизни
Размечтавшись, откинулся на спину, сжимая всё ещё разгорячённую женщину в объятиях.
Она прильнула ко мне всем телом. Но вдруг почему-то резко напряглась.
— Вазлис, у меня к тебе просьба, — прошептала еле слышно.
— Какая?
— Подари мне ребёнка.
Глава 65
Я чуть не рухнул — хорошо, что лежал. И ведь главное — мы же уже обсуждали с ней этот момент.
— Гела, — повернулся на бок и посмотрел в ореховые глаза. — Зорген —
— Да я не о Зоргене, — замотала головой рыжая. — Помоги мне зачать другого ребёнка.
Ах вот она о чём. Не сказать чтобы мне понравилась идея. Причём сразу по нескольким причинам. Однако начать я решил с основной:
— Но это ведь тоже будет
— Твой, — со вздохом согласилась она. — Только ты вернёшься домой и никогда его не увидишь, а у меня будет дочка или сын. Ты же понимаешь, что, к сожалению, вовсе без участия мужчины зачать ребёнка невозможно, — рыжая смотрела мне в глаза буквально с мольбой. — Впрочем, если захочешь, мы можем приходить навещать Зоргена вместе с малышом.
Кажется, она была согласна на любые условия. Кроме единственного нормального.
Но я должен наконец выяснить,
— Гела, скажи, почему ты даже мысли не допускаешь о создании семьи?
Рыжая моментом вся закаменела.
— Вазлис, я же уже рассказывала…
И снова то же враньё! Да сколько ж можно-то?! Ну ладно, тогда мы едва знали друг друга. Но теперь-то!..
Я перед ней едва ли не всю душу наизнанку вывернул. А она…
В груди вскипело.
— Ага, рассказывала. Что у тебя вечный траур по мужу. Который погиб, по словам твоих братьев, точно так же, как и ваши родители, только лет на семьдесят позже. Видимо, там какой-то
Да, правду я уже и так знал — наши поведали — но мне было важно, чтобы рыжая озвучила её
Она опустила глаза. И минуту молчала — возможно, собираясь с духом.
Я не торопил — просто не сводил с неё испытующего взгляда.
— Да, мой бывший муж вовсе не погиб, — тихо начала Гелара, всё так же не поднимая глаз. — Мы развелись.
И снова замолчала.
— Значит, никакого траура по безвременно ушедшему любимому супругу? — не выдержал я. — Так почему же ты наотрез отрицаешь саму мысль построить новую семью?
Рыжая подняла на меня жёсткий, даже какой-то колючий взгляд.
— Потому что не хочу снова слышать клятвы в вечной любви, — процедила она сквозь зубы. — А потом однажды застать этого вечно любящего кувыркающимся в постели с другой!
Мда, больно ей, похоже, до сих пор.
Я крепко прижал Гелару к своей груди, замечая, что её всю колотит.
— Девочка моя, но ведь то, что твой бывший оказался предателем, ещё не означает, будто
— Дело не только в Фидене, — зашептала рыжая, уткнувшись лицом мне в грудь. — Весь замок знал, что он мне изменяет — и только я пребывала в «счастливом» неведении. Но ни одна сволочь — понимаешь,
— Ну, вообще-то драконьих кланов у вас здесь целых три, — вспомнил я.
— Уж не кому-то ли из тех, кто принял кобеля с его бессовестной подстилкой с распростёртыми объятиями мне следовало довериться?! — вскинулась она, гневно сверкая глазами.
— Ну а третий клан? — продолжил я чисто эмпирические рассуждения.
— Уверена, сунься Фиден к ним, они бы его тоже не послали, — зло прошипела рыжая.
Да, завелась она от этих горьких воспоминаний конкретно.
— Я, между прочим, никогда Шантаре не изменял, — решил вернуться к присутствующим здесь, оставив разговор о чисто теоретических возможностях. — Понимаю, подтверждения от неё самой ты уже не услышишь. Но можешь расспросить кого угодно в нашем замке.
— Так ты же под приворотом был, — бросила рыжая. — Конечно, на других тебя даже не тянуло.
Неужели она и мне категорически не доверяет? От этой мысли стало горько.