Когда раздались аплодисменты, я поднялся на трибуну, поблагодарил людей за доверие и огласил свое заявление с просьбой об освобождении от занимаемой должности по собственному желанию. Причин в заявлении я не указывал. Но, выступая, я привел несколько аргументов. Во-первых, я не могу принять в чистом виде тот курс и политику, которую реализует президент Ельцин. У нас создалась бы конфронтация между руководителем республики и руководством области. Второе — я не принимаю и не могу принять неконституционной структуры управления, которую избрал президент. В Законе об областном (краевом) Совете записано: глава администрации любой территории должен избираться всеобщим голосованием. А президент своим указом поназначал. Теперь на недавнем совещании он всех поносил, критиковал с одним жупелом: я тебя назначил — я тебя освобожу.
Если бы я тогда остался на том посту, создалась бы ситуация: все то, что хорошее в области решалось, — это мы, назначенные президентом, решили. Все, что плохо, это так советуют или нам мешает Иванченко. И потом: коль президент доверил этим людям — не хочу их критиковать, у меня есть свои убеждения — пусть они осуществляют политику в области, а результаты сами скажутся. Если бы я дал согласие, я искал бы выход из создавшейся ситуации. В этом конфликтном положении я все время жил бы и работал на ножах. Я бы Чубу, другим высказывал те или иные замечания, обращался к Совету, разразилась бы всеобщая свалка. Кто опять был бы виноват? Конечно, Иванченко.
Все это я изложил на сессии областного Совета: «Я хочу выйти из этой игры, выбирайте председателя областного Совета, доверяйте и спрашивайте с него. Будьте добры удовлетворить и мою просьбу». Сессия дважды голосовала. После первого голосования отказали — с позиции, наверное, что оказали доверие, а он уползает. Потом приняли решение. Вот так я вышел из этой системы отношений на руководящем уровне области.
Мне внесли изменения в трудовую книжку, начислили компенсацию как за вынужденный прогул — 3472 рубля. Ни одной копейки я не получил и все перечислил в детский фонд для работы с одаренными детьми, и это послужило отправной точкой для открытия Ростовского экономического лицея, где уже готовят будущих экономистов и управленцев.
N: — Если бы вам как специалисту предложили работу в составе нынешней администрации?
Л.И.: — В составе этой администрации я бы не работал ни в коем случае. По тем убеждениям, о которых сказал выше. Потому что я видел и понимал. Я знаю истинное содержание тех, кто добивался и пришел к власти. Поэтому у меня свое отношение к этим людям. Я с ними готов объясниться с глазу на глаз, но не хочу выносить сор.
Когда Чуб попросил меня обосновать мое видение кадров, я сказал ему, что ни в чем мешать не буду, но не буду его советчиком.
Прошел год. Сейчас люди вправе судить о качестве работы этой команды, я комментировать не буду.
N: — Леонид Андреевич, как вы воспринимаете происходящие экономические изменения?
