В речи губернатора прямо звучали необычные подтексты: хватит, мол, воровать и разбазаривать, а то плохо будет! Для пущего устрашения на арену был выпущен начальник контрольного управления области Валерий Хрипун, доклад которого походил на криминальную сводку: необоснованное завышение тарифов, нецелевое использование средств, раздутые штаты, расхищение бюджетных денег. Да все с фамилиями, многие обладатели которых сидели тут же, в зале. Впервые увидевшие такой откровенный разнос, журналисты радовались и ужасались фактуре. А губернатор напоследок опять пригрозил: «Предостерегаю в последний раз!»
Надо сказать, что вся эта критика смотрелась довольно странно. Власть обличает как бы сама себя (что по местным меркам смотрится необычно), да еще в присутствии журналистов. Видимо, губернатор, которого вообще-то трудно обвинить в пристрастии к публичным выступлениям, преднамеренно сделал эти разносы открытыми, чтобы встряхнуть свой аппарат посильнее, добавить неприятных ощущений с помощью прессы.
Областной руководитель впервые столкнулся с управленческой проблемой не институционального (хороший режим или плохой), а психологического и даже культурного характера. Качество человеческого материала команды, победившей с ним на выборах, оказалось таково, что в условиях послевыборного расслабления бессовестность, нерадивость и косность взыграли с особым размахом. Ибо после победы на всех выборах естественных ограничений для этих чиновничьих пороков вроде как и не осталось. А «социально-экономическая ситуация» трещит по швам, и Москва смотрит на былого хорошиста строго. И губернатору пришлось придумывать новые способы укрощения распоясавшегося аппарата.
Кстати, сами чиновники, особенно самоизбранные местные главы, оценивали потуги губернатора весьма скептически и даже втихаря огрызались на губернаторские эскапады. Непосредственные подчиненные Чуба рассчитывали, видимо, еще постричь купонов от того, что были с ним в одной команде на выборах. Местные же главы наверняка уповали на независимость, данную им всенародным избранием. В общем, сами по себе публичные разносы вряд ли привели бы к желаемому результату. Надо было угрозы чем-то подкрепить.
Конечно, основные перипетии борьбы губернатора со своим аппаратом от глаз общественности были сокрыты. И вот из глубин этой сокрытости вдруг стали появляться слухи о нездоровье губернатора.
Надо сказать, что Ростов в точности повторяет московские события: выборы президента — выборы губернатора; болезнь президента и все, что с этим связано, — болезнь губернатора и все, что с этим связано. Официальных сведений о болезни губернатора не было, было известно только, что у него больное горло, слухи стали доносить, что в конце сентября ему поставили какой-то плохой диагноз и он может отойти от дел.
В таких условиях задача усмирения аппарата вообще трудноразрешима — аппарат уже стал втихомолку делить места под будущего губернатора.
Естественно, стали обсуждать кандидатуру вероятного преемника. Согласно молве, на эту роль естественным образом могли бы претендовать областной премьер Анпилогов, представитель президента Усачев, руководитель аппарата Кузнецов. Из фигур второй очереди в вымышленный список попали ростовский и таганрогский мэры Чернышев и Шило и даже почему-то яблочный депутат Госдумы М. Емельянов.
Теперь, когда все прошло и успокоилось, интересно оценить шансы этих кандидатур. Безусловными лидерами считались Анпилогов, Усачев и Кузнецов. Ростовский Чубайс (в смысле аппаратных умений) Сергей Кузнецов, конечно, является грамотным игроком, и практически все областные назначения проходят через него, а это немало. В последнее время он стал заметно больше внимания уделять публичной политике, видимо, чувствуя, что одними аппаратными усилиями карьеры не сделаешь. С другой стороны, Кузнецова считают «серым кардиналом», а перейти из этого качества в роль «политика прямого действия» нелегко, если не невозможно.
Впрочем, на статус «серых кардиналов» может претендовать вся эта тройка. У Виктора Усачева и Виктора Анпилогова тоже есть свои аппаратные вертикали и свои группы поддержки. Но наибольшую известность в народных массах, пожалуй, имеет представитель президента В. Усачев. Однако это преимущество вряд ли стало бы решающим, если бы он в гипотетической ситуации соперничества не сумел бы договориться с «друзьями-соперниками».
