— Нет, — резко отрезала Алекс, не горя желанием обсуждать Стейневых. Но все же любопытство вновь взяло вверх, и она поинтересовалась: — А ты ее откуда знаешь?
— Познакомились, когда она тебя навещала. Кстати, мне Роза недавно написала, что тоже скоро будет в городе. А что, что-то не так? — Анжела смогла уловить в голосе Алекс необъяснимые нотки неприязни.
— Да нет, просто…
«Вот серьезно, какого хрена сестричке от меня надо? Это вообще странно, — негодовала она, вспоминая все, что сделала с ней Роза. — После всего разве можно просто так заявится сюда с охапкой гребаных хризантем и делать вид, что все нормально? Есть ли предел ее лицемерию? Но даже если представить, что Роза сожалеет или что-то вроде того, разве за столько лет до нее еще не дошло, что самое малое, что она могла бы для меня сделать, так это просто оставить в покое?»
— Анжела, послушай, ты ведь можешь с ней связаться и попросить не приезжать? Во всяком случае, сейчас. Думаю, она поймет.
— Ты уверена? — Девушку озадачила подобная просьба. — Может, все-таки…
— Я ведь не говорю, что вообще не хочу ее видеть, — нагло врала Алекс. — Просто на данный момент я не готова. И раз уж ты с ней общаешься, так, может, передашь заранее? Чтобы потом никому из нас не было неловко. Хорошо?
— Угу, я поняла, — уступила Лиан.
Атмосфера вдруг резко изменилась: стало как-то неспокойно и дискомфортно. Чтобы хоть как-то исправить ситуацию и прервать гнетущее неловкое молчание, Анжела начала говорить первое, что пришло ей в голову:
— О, ты же не в курсе, что Роза около двух лет назад вышла замуж. И знаешь за кого? За Джошуа Сефордса. Помнишь, он еще в нашем университете учился?
«Погодите… Джошуа? Сефордс? — потихоньку начала она вспоминать. — Тот самый? Охренеть, еще лучше… Два сапога пара, ей богу».
— У них и ребеночек скоро должен появиться. Ну, это я тебя заранее предупреждаю, чтобы, как ты выразилась, неловкости не было. Когда же это она мне звонила?.. Да, точно, Роза на восьмом месяце сейчас. Вроде девочка должна быть, но кто знает? Моей маме, например, говорили, что родится мальчик, а тут вышла я. Удивила всех. Дважды.
— Что? Ты и родным рассказала о своей ориентации? — Лиан никак не переставала удивлять.
— Да. Повозмущались месяцок и приняли тот факт, что я делю постель с женщиной. Отец так вообще выдал, что ему все равно, с кем я сплю, главное, чтобы внуков принесла, а уточнять, как это будет происходить, он не собирается. Мама еще подшучивала, что притащим ворованного или вообще животное какое-нибудь. Не знаю почему, но она уверена, что лесбиянки заводят домашних питомцев в качестве замены детям и постоянно сюсюкаются с ними. Ума не приложу, откуда она такое берет. Правда, следующее ее предположение о нашей семейной жизни было не лучше…
Совершенно не стесняясь, Анжела поведала Алекс о подводных камнях, нелепых ситуациях, а также о позитивных и юморных моментах, затрагивающих ее родных, знакомых и даже коллег по такой щепетильной теме и не только. К удивлению, Алекс было приятно и легко слушать ее искренние рассказы о непростой, но в итоге счастливой жизни. От этого почему-то становилось как-то теплее и уютнее. Все негативные эмоции будто бы взяли небольшой отпуск. И причиной тому была Лиан, стойко выдержавшая все трудности, уготованные ей судьбой на таком тернистом пути. И, конечно, без поддержки семьи не обошлось. Смирившись, они поняли, что счастье одних невозможно без счастья остальных. Все-таки понимаешь, что родители любят и принимают детей такими, какие они есть. И это нормально. Это бесценно.
Девушки проболтали еще пару часов о привычных повседневных вещах: об одежде, музыке, работе, увлечениях, мелких планах на будущее… Вокруг царила такая открытая и непринужденная обстановка, как будто общались близкие подруги детства. Только вот был ли реальный шанс им восстановить дружеские отношения? Или же единственный выход — раз и навсегда все перечеркнуть и, позабыв о прошлом, начать новую жизнь? Именно эти вопросы время от времени проскальзывали у Алекс в мыслях.
Как только малая стрелка часов перешагнула цифру одиннадцать, мобильный телефон Лиан начал периодически, примерно раз в пять минут, громко вибрировать, отвлекая от активно разгоревшегося диалога. Когда Анжела наконец не выдержала, то крепко сжала назойливое устройство в руке и с недовольным видом вышла из палаты. Доносившиеся из коридора раздраженные возмущения и изредка проскальзывающие ругательства быстро повернули внутри Алекс рубильник, отвечающий за доверие. Она вдруг поняла, что вела себя слишком опрометчиво, позволяя Анжеле завладеть ее вниманием. Ведь как бы то ни было, но пара часов беседы не позволит узнать, каков человек есть на самом деле.
