Следующее утро началось так, что поначалу заставило Алекс задуматься, не попала ли она в «День сурка»: ор телевизора, недовольные медсестры, сопротивляющийся всем процедурам старик со своими повторяющимися историями… И как ни странно, но Алекс даже радовалась этому. Ей было приятно думать о повседневных, совершенно обычных днях без всякой чертовщины, быстрой смены событий и постоянно ждущих за углом опасностей. Сейчас все было спокойно, и не стоило ни о чем волноваться. Можно расслабиться, привести мысли в порядок и осмотреться вокруг. Вариантов дальнейших действий Алекс насчитала не так уж и много. Для такой реалистки как она план среднестатистической жизни вырисовывался очень даже неплохим. Особенно после того, что с ней случилось. Ведь все эти события заставили ее бояться. И страх был вполне оправдан: она не знала, будут ли какие-то последствия, больше в психологическом плане, после такой странной комы и отразится ли это на ее жизни в социуме. Но заранее не узнаешь. Поэтому, когда она окрепнет, выпишется из больницы и выйдет в свет, Алекс планировала на первое время следующее: устроиться на «пыльную», не особо высокооплачиваемую работу, а проще говоря, чтобы хоть куда-то взяли; пожить первое время у Анжелы, пока не снимет однокомнатную квартирку на окраине, от которой до центра нужно будет полдня добираться; завести новых знакомых, которыми очевидно будут коллеги по работе, выпивать с ними по пятничным вечерам и корпоративам; тратить две трети зарплаты на еду и оплату счетов, а остатки — на ненужную хрень; через несколько лет поднакопить деньжат и съездить на бюджетный отдых, где можно будет поддаться эмоциям и завести мимолетный роман… В общем, планы на первое время имелись. И такой расклад ее вполне устраивал. Ведь на что еще ей было надеяться?
После обеда в палату ворвался оживленный Кевин, которого явно распирало желание чем-то поделиться. Он был так возбужден, что от всех его резких хаотичных движений даже капли пота выступили на лбу.
— Клара уже оформляет документы с результатами освидетельствования. Но заключение уже известно: отец явно совершил насильственные действия по отношению к дочери. В лаборатории у Нинель взяли соскоб подногтевого содержимого и обнаружили эпидермис и кровь преступника. Для однозначного результата я поехал вчера к Коллему, чтобы незаметно собрать материал. И вы не поверите! Вид у него был весьма потрепанный: неумело перевязана рука каким-то ошметком ткани, следы ногтей на щеке… ногтей Нинель! — быстро рассказывал все Кевин, потеряв былое хладнокровие и яро жестикулируя. — Мы уже связались с полицией, нужно только передать им результаты, чтобы они начали полноценное расследование. Возможно, экспертиза в его доме выявит еще несколько неоспоримых фактов преступления. — А вы? — немного переведя дух, спросил он у Алекс, молча пытавшейся переварить весь поток свалившейся на нее информации.
— А что я? — не поняла она, но уже успела серьезно испугаться, решив, что и ее к расследованию приплетут.
— Вы будете возобновлять свое уголовное дело?
— А, вы об этом. — Алекс с облегчением выдохнула. — Не беспокойтесь, они уже за все ответили. Плюс моя фантазия расписала все в красных красках, поэтому я более чем довольна.
— Хоть вы и пытаетесь отшутиться, что совершенно неуместно, но это серьезное преступление. Вы ведь определенно знаете, кто это был. Документы сохранились, нужно только имя и вы посадите виновного за решетку, где ему самое место! — пылко объявил Сарга, в чьих глазах вовсю плясал трепещущий огонь.
— А смысл? Столько лет ведь прошло.
— Пф, какой убедительный аргумент с вашей стороны! Всем бы его придерживаться, — не скрывая сарказма, выпалил он в ответ. — Но это ничего не меняет. Вы можете, нет, обязаны возобновить дело! И имеете на это полное право. — Кевин не на шутку разошелся. Кажется, дело Нинель заставило вспыхнуть жажду справедливости в его сердце.
— Послушайте, — начала Алекс самым спокойным, нейтральным тоном, на который только была способна, — я более чем в порядке, правда. Так зачем теперь за ошибки прошлого ломать ему и его семье жизнь, оставляя наедине со сплетнями и предвзятым отношением, которые точно сведут их с ума? Вы ведь знаете наше общество. Только дай повод — сожрет любого.
— Откуда вы знаете, что у него есть семья? — с подозрением посмотрел он на нее.
— Ну-у, — тянула Алекс, пытаясь расшевелить свои извилины. — Обычно в таком возрасте уже почти все семьянины. Чисто логика. И статистика. Да-да, — напористо закивала она, очевидно убеждая себя в своих же словах.
Кевин тяжело выдохнул, присел на кровать и нервно начал ерошить свои гладко уложенные волосы.
— Я вас совершенно не понимаю. Вы действительно не хотите наказать преступника?
— Поймите, мне не судебные разбирательства сейчас нужны. Тем более, что причиной того несчастного случая, из-за которого я и впала в кому, кажется, была я сама. Честно, я не хочу во все это ввязываться.
