— И, конечно, проигрываешь.
— Ну, зачем ты так сразу, — обиделся Дерк, — не то чтобы очень проигрывал. Выигрывал иногда, тоже немножко. Но ты слушай меня, Скайт. Чувствую, аппарат поддается. Еще чуть-чуть, и можно будет снять хороший куш. Только нужно в него вложить малость деньжат.
— Ну и как, вложил? — язвительно спросил Уорнер.
— Остается, значит, у меня сотня, — продолжал Дерк. — Скайт, что такое сотня? Купить одежду в нормальном магазине все равно не хватит. В любом случае, придется ехать на распродажу…
— Так пиджак тоже куплен на распродаже?
— Не перебивай, Скайт. На чем я остановился? А, вспомнил! Остается у меня тот полтинник…
— По-моему, ты только что говорил о сотне?
— О полтиннике. Играю по максимуму. Терять уже нечего. И тут аппарат выдает мне червовый флеш-роял. Я смотрю на экран и глазам не верю! Валет, дама, король, туз и джокер! Опускаю глаза на окошечко с цифрами выигрыша и теряю дар речи. Десять кусков!
— Что?! — от волнения Скайт даже выронил сигарету. — Ты выиграл десять штук кредитов и мне ничего не сказал?! А после этого пьешь в баре за мой счет, занимаешь деньги, чтобы гульнуть с какой-то девицей, и экономишь на рубашках?!
— Ты слушай дальше.
— Рассказывай!
— Дернул тут меня дьявол все это пробить…
— «Пробить» — это как?
— Очень просто. Когда ты выигрываешь у робота-крупье определенную сумму денег, он предлагает сыграть на твой выигрыш.
— Снова, что ли, в покер?
— Нет. Все гораздо проще. Например, ты соглашаешься на предложение аппарата, и тогда тебе дается ряд из пяти карт. Первая — открыта. Это карта игрального робота. Остальные четыре карты закрыты. Ты можешь взять любую. Если твоя карта, независимо от масти, окажется старше первой, выигрыш удваивается. Если нет, ты проиграл.
— Черт, Дерк, и ты решился «пробить»?!
— Говорю тебе, бес попутал. Но, в общем, я удвоил выигрыш.
— Так это же двадцать тысяч! Дерк, я знаю, что ты мне сейчас скажешь, но нужно было забирать деньги и уходить, — в голосе Скайта появились сочувственные нотки.
— Сам знаю, но остановиться я уже не мог. Что-то в этом такое есть… Это как женщины… Постоянно хочется все больше и больше…
— Да… — вздохнул Скайт. — Не повезло…
— В другой раз повезет.
— В другой раз пойдем вместе. Ты покажешь мне, как управляться с этой штуковиной.
— Без вариантов.
— Кстати, о женщинах. Забыл тебя спросить по поводу той девицы… Журналистки… По-моему, ее звали Джейн Блензи?
— Какая-то чокнутая оказалась. Всю ночь фотографировала меня на свою камеру.
— Ладно. Нужно идти в дом. Судя по запаху, зеленые бобы «Цикломат» уже готовы. А знаешь, Дерк, я чертовски рад, что ты остался жив.
— Скайт, скажу честно, когда там, в катере, я услышал твой «дум-тум», то чуть в штаны не наложил от счастья.
— Но ты так и не ответил, Дерк, на какие деньги приобрел одежду, если все проиграл?
— Я ее не покупал вовсе, а одолжил у знакомого артиста.
На ночлег устроились в самой большой комнате. Очевидно, когда-то здесь собирались все обитатели поместья. Это помещение сохранилось немного лучше, чем остальные.
Хоть крыши не было, а в деревянном настиле пола зияли черные дыры провалов, в комнате имелся большой очаг, вокруг которого и разместились усталые путники.
Когда Скайт Уорнер и Дерк Улиткинс вошли внутрь дома, в очаге весело плясали языки пламени, отбрасывая на потемневшие от времени стены и усталые лица людей красные блики. Время от времени в помещении раздавались раскаты смеха.
— Так вот, парни, собираюсь надеть на этого типа наручники, а он и заявляет: «Я же говорил тебе, что мне не приходилось слишком часто держать в руках бластер, но я не говорил, что не умею с ним обращаться» — и достает при этом такую здоровенную «пушку».
— Ну, а ты, Джонс, ты-то что делаешь? — нетерпеливо воскликнул Эд.
— Я схватил ублюдка за полы его дешевого плаща и швырнул в стену. Говорю ему: «Хочешь правду? Ведь ты не вынесешь правды! Здесь тебе не Севен-Систерз[56], а ты не Си Джей Хантер»[57].
Последнюю фразу Джонса Десмонда вновь встретили смехом. Даже Алекс Кан, задумчиво погруженный в собственные мысли, улыбнулся. Рассказ ему понравился.
— Идите сюда, поешьте! — воскликнул Рэй Клод, увидев Скайта с Дерком.
Он пододвинулся и освободил место у очага. Грен Уэсли протянул подошедшим миски с бобами, а Ким Рислинг достал две банки пива.
— Значит, ты раньше работал в полиции Биг-Покера? — спросил Алекс Кан Джонса Десмонда.
— Нет, в комиссариате Дептора. Того самого города, куда мы направляемся.
— Это хорошо. Ты должен отлично знать это место.
— Можете целиком рассчитывать на меня.
— Вспомнил классный анекдот! — неожиданно воскликнул Дерк Улиткинс. Он уже успел умять половину тарелки бобов и теперь тянулся за третьей банкой «Пьяного гнома».
Джонс Десмонд и Алекс Кан замолчали. Все, сидящие у очага, с любопытством уставились на Дерка.
