Я была не на шутку взволнована и рассержена. Достала две таблетки снотворного и приняла их, желая успокоиться, поскорее заснуть и покончить со всем этим наваждением. Ощущение сумбура в мыслях понемногу рассеялось.
Я снова легла в постель, подложив под голову две подушки, и закрыла глаза, но не выключила свет — не хотелось, чтобы в темноте опять возник призрак Арианны или же повторились сцены в поезде смерти.
И снова приснился сон. Я стою на какой-то платформе, мне нужно куда-то ехать, но поезд все не подходит. Я волнуюсь и вдруг вижу в зале ожидания приземистого полного человека в коричневом плаще и с чемоданом того же цвета.
— Сюда должен подойти поезд? — спрашиваю его.
Он не отвечает. Мне почудилось в нем нечто нечеловеческое. Но вот состав подают, и я вхожу в него. Внезапно вспоминаю сон, который видела раньше, и меня охватывает ужас. Я вдруг снова в запломбированном вагоне. Уже собираюсь кричать и стучать в окно, как неожиданно замечаю, что поезд еще стоит и дверь открывается. Выскакиваю на перрон и прямо перед собой вижу того же человека в коричневом плаще и его чемодан рядом. Человек стоит не шелохнувшись. Я счастлива, что спаслась, что смогла выскочить из поезда смерти, и вдруг осознаю — ведь мое спасение зависело от этого странного человека, стоявшего неподвижно, словно каменное изваяние. И кажется, будто он — какое-то неизвестное, но доброе божество. Несусь со всех ног. Я спасена.
Наутро, вспоминая свои сны, я догадалась, что они определенно как-то связаны между собой, но не могла понять, как именно. Особенно поразил меня загадочный незнакомец.
Я распахнула ставни, впустив солнечный свет. Взяла магнитофон, на который записывала накануне ночью рассказ Виргилии, и включила кассету наугад. Услышала отчетливый голос старухи, которая излагала эпизод встречи Арианны с Наполеоном. И вспомнила человека в коричневом плаще, что приснился мне. Наполеон ведь тоже оказался добрым знамением для Арианны. У нее хватило смелости обратиться к нему, и он откликнулся, понял ее. Тут я вдруг вспомнила, что при первой моей встрече с Виргилией на ней тоже было коричневое платье, нечто вроде монашеской рясы. Возможно, она всегда ходит в нем, а меняет лишь большие цветные шали.
Виргилия со смуглой кожей, резкими чертами лица и выступающими скулами напоминала мне божество ацтеков или инков, нечто сверхъестественное.
Боже милостивый, как же все непонятно! Что могло означать мое заточение в поезде, который шел в Гермаиию? Возможно, сон предупреждал, что моя дочь в опасности? По ведь во сне произошло и что-то хорошее.
Прибегнув к глубокому психоанализу, я могла бы истолковать сновидение. Но решила не тратить напрасно время. С тех пор как стала встречаться с Виргилией, я почувствовала, что сновидения несут какие-то послания. Как же понимать этот сон? Я припомнила человека в коричневом плаще, стоявшего на перроне, и от крывшуюся дверь вагона. Это, несомненно, предвестие спасения!
Захотелось поскорее встретиться с Виргилией и попросить ее истолковать сон. К тому же не терпелось услышать продолжение истории Арианны. Теперь я настолько отождествляла себя с этой молодой женщиной, что могла считать ее жизнь поучительной и для себя.
Вечер выдался тихий. Стефано больше не вспоминал о видении старухи на скале и был разговорчивым. Мы подошли к соборной церкви, но Виргилию там не нашли, пересекли первый дворик и вошли во второй. Я была потрясена, просто ошеломлена: Виргилия стояла у парапета, выходящего к морю, и на ней была коричневая ряса. На плечах — коричневая с золотой вышивкой шаль. Старуха не шелохнулась.
Я молча и нерешительно приблизилась к ней. Виргилия по-прежнему стояла недвижно, глядя вдаль.
— Я дважды видела сон, — заговорила я, — будто меня с дочуркой везут в Германию в запломбированном вагоне, в лагерь смерти. Во второй раз, однако, дверь вагона открылась, и мне удалось выбраться из поезда. На перроне стоял незнакомый человек в коричневом плаще, неподвижный, подобно статуе. Прямо-таки наполовину человек, наполовину монумент.
— Ты видела Помощника, — сказала Виргилия, оборачиваясь ко мне. — Тебе нечего опасаться больше за свою дочь, она спасена. Вскоре получишь известие. С ней все в порядке.
Ее слова поразили меня. Я все еще не привыкла к Виргилии и подчас забывала, что она колдунья.
— Откуда вы знаете? Кто сообщил вам об этом?
— Это же ты видела Помощника, не я, — ответила Виргилия. Потом, ни слова не произнеся, закуталась в шаль, села в ивовое кресло и закрыла глаза.
Дрожащей рукой я включила магнитофон.
