– Пожалуйста, не заводи ты снова эту пластинку про «твой брат потрясающий в постели». Я все еще отхожу от образа, который Ава поселила у меня в голове три недели назад.
– Не передергивай. Ты много раз слышала, как Дрейк и его друзья обсуждали других девушек, тебе должно быть плевать, – говорю я ей. Она прищуривается и поджимает губы. Я показываю ей язык и резко поворачиваю голову, чтобы быстро глянуть, что происходит на льду.
– Интересно… – тихо начинает Грейс, но ловит мой взгляд и на мгновение сбивается. – А каково это – расти в окружении хоккеистов?
– То, что они хоккеисты, не делает их представителями другого вида. Они такие же, как мы с тобой, как наши одногруппники, как болельщики, пришедшие на матч, – поясняю я, хмуря брови.
– Просто… Я не знаю, как вести себя с парнями из команды, понимаешь? Вы с Лайлой привыкли к ее брату и его друзьям, а меня не покидает ощущение, что я не вписываюсь. Они знают меня уже год, но ни один парень из команды даже не попытался приударить за мной, – бубнит Грейс под нос, отчего мне приходится придвинуться. – Я тусуюсь с ними только благодаря твоей подруге, и по этой же причине я одинока как луна.
– Но Лайла спит с Трэем, а он не из команды, – подмечаю я и сразу же понимаю, что сделала только хуже. По всей видимости, на нее не обращают внимания не только парни из команды, но и другие ребята. – О боже. Я не то хотела сказать…
– Да ладно, я поняла. – Она краснеет и отводит глаза. – Когда я общаюсь с парнями, то становлюсь дико неуклюжей. Прямо по-настоящему. Я несу глупости, слишком громко смеюсь и всегда выбираю не того парня.
– Мур точно был козлом, – добавляет Лайла, даже не глядя на нас. Затем получает от меня легкий удар по коленке и громко цыкает. Вообще-то, я тут пытаюсь узнать ее соседку получше, о чем она сама меня просила, и ее комментарии вообще не помогают.
Отвернувшись от подруги, я принимаюсь изучать лицо Грейс. Ее нос украшает россыпь веснушек, в больших светло-карих глазах виднеются голубые вкрапления, а рот напоминается сердечко. Она очень милая, оттого так странно слышать, что она не умеет подчеркивать свои достоинства.
– Но ты красавица, – произношу я, и ее щеки тут же заливает румянец. – Ты можешь заполучить любого парня.
– Ты точно сейчас не о себе говоришь?
– Я не хочу встречаться с хоккеистом, да и, честно говоря, вообще с кем бы то ни было.
– Я тоже больше не хочу встречаться с хоккеистами. – Грейс фыркает и отодвигается от меня. – Мне нравится одногруппник, но там никаких шансов.
– Слушай. – Я кладу руку ей на коленку. – С хоккеистами или другими парнями все просто. Есть парни вроде Клэя, они трахнут любую девушку с симпатичным личиком. Чуваки вроде Мура ищут себе добычу и осаждают девушку до тех пор, как она не окажется в их постели. А есть парни вроде Дрейка, у них золотое сердце, но они смотрят только на внешность, а потому не замечают, что к ним клеятся охотницы за хоккеистами или красотки с хреновым характером.
– Любопытное мнение. – Грейс зажимает переносицу. – А что думаешь о Колтоне?
В памяти тут же всплывают все стычки с этим придурком: с самой первой встречи до той, когда он оставил мне свой бомбер. Я все еще храню его среди своих вещей, подальше от любопытных глаз, будто какое-то сокровище. Возможно, у меня помутился рассудок, потому что другой причины своему подобному поведению я не нахожу.
Я открываю рот и устремляю взгляд прямо на него.
– Он закрытый, мало кого пускает в свой ближний круг. Он высокомерный, вспыльчивый, грубит без меры, а его эго… Боже. Оно крупнее «Эмпайр Стейт Билдинг». До него я не встречала людей, которые ставили бы меня в тупик. В одну секунду мне кажется, что он меня ненавидит, а в другую создается впечатление, словно он хочет… – Я резко затыкаюсь и прикусываю язык так сильно, что закрываю глаза от вспыхнувшей боли.
Грейс молчит, но смотрит на меня испытующе.
– Хочет чего?
– Словно хочет дружить со мной.
– Боже мой. – Она смеется так сильно, что трясется всем телом, неспособная себя контролировать, и впервые мне приходит на ум, что, возможно, она права. Она слишком громкая. – Ты чертово сокровище, Ава. С тобой так классно общаться, так необычно.
– Ты можешь пожалеть о своих словах. Я бываю дикой и невыносимой. – Я придвигаюсь к Грейс, сверлю ее взглядом и ухмыляюсь.
– А можешь меня научить быть дикой? – Грейс выгибает бровь.
Мне не хотелось идти куда-то после игры, даже несмотря на то, что Лайла прицепилась ко мне как избалованное дитя, но сейчас? Теперь эта мысль меня забавляет, пускай я искренне недоумеваю, почему она хочет измениться.
– Может, начнем сегодня на вечеринке?
– Я только за. Ты не представляешь, как сильно я хочу с тобой тусоваться.
– Я все слышала, – громким шепотом заявила Лайла, насупившись и сначала зыркнув на Грейс, а потом на меня.
Обняв лучшую подругу за плечи, я потянулась к ее уху.
– Сама хотела, чтобы я подружилась с твоей соседкой. Вот и я пытаюсь. Остынь.
