– Откуда мне вообще хоть что-то о тебе знать? У меня постоянно такое впечатление, будто ты меня, мать твою, ненавидишь, – переходит она на громкий шепот и сжимает кулаки. – Переиначиваешь мои слова, а теперь, черт возьми, отталкиваешь меня.
– Ничего я не переиначиваю. Я тебе не подхожу, а вот Бенсон – именно то, что тебе нужно.
– Нет, тупой ты идиот. Это значит, что я не хочу становиться девкой на ночь.
Ава разворачивается, готовая выбежать из кухни, но я хватаю ее за талию и спиной прижимаю к своей груди. Ее тело ударяется о мое, и у меня перехватывает дыхание. Легкое прикосновение, и я внезапно оживаю. Я ощущаю абсолютно все, даже выступившие мурашки никогда не казались такими явными и видимыми. По венам струится ток, а температура тела резко подскакивает.
– Я кретин. Прости меня. Я облажался, – бормочу я ей на ухо и нежно целую в шею. – Можно к тебе прикоснуться?
Она прижимается ко мне и произносит на выдохе:
– Да… пожалуйста…
Я засовываю руку под ее свитер, скольжу выше и обхватываю грудь. Она, черт возьми, идеально ложится в ладонь, и с моих губ срывается стон. Я оттягиваю ее лифчик вниз и пальцами ласкаю затвердевший сосок, зажимая его между большим и средним пальцами, чем вызываю стон уже у Авы. У нее бархатистая кожа, и я нежно вожу рукой по ее талии, наслаждаясь ощущениями.
Левой рукой я тянусь к поясу ее джинсов, затем расстегиваю молнию и следом принимаюсь за пуговицу. Я бы мог просунуть руку и без этих прелюдий, но хочется двигаться медленно и осторожно. Я жажду доставить ей удовольствие, воплотить в жизнь фантазию, возникшую в ночь, когда мы танцевали – отыметь ее пальцами. Хочется, чтобы ее соки растекались по моей коже. Хочется попробовать ее на вкус и заставить кончить для меня. Только для меня.
У нее шелковые трусики, как и лифчик, и пускай мне до смерти хочется их увидеть, я себя одергиваю. Ава не уйдет из моей квартиры неудовлетворенной, и я настроен решительно. Я скольжу ниже и через ткань прикасаюсь к ее клитору, отчего она резко втягивает воздух. Медленно двигаясь, я легонько надавливаю, дразня и кружа вокруг ее сладкого местечка. Ее дыхание учащается и становится поверхностным.
Ощущая через трусики, как она намокла, я улыбаюсь и наклоняюсь к ее шее, чтобы вдохнуть аромат. Сегодня у ее духов не настолько сильный запах, как у тех, которыми она брызгалась перед походом в кино, но мне он все равно нравится. Он ей подходит, так как идеально сливается с ароматом кожи и делает Аву еще более соблазнительной.
Она, черт возьми, совершенна.
Губами я прикасаюсь к ее шее, нежно прикусываю кожу, а затем скольжу по этому месту языком, вызывая у нее дрожь. Я потираю и пощипываю твердые горошины сосков, добавляя немного давления. Она каждый раз втягивает воздух через зубы и трется своей попкой о мой твердый член. Какая ненасытная девушка мне попалась. Я просовываю ладонь в ее трусики и наконец надавливаю на клитор, после чего сразу же скольжу пальцем к влажной дырочке. Твою мать, как же она намокла.
– Колт… – стонет она, и больше всего на свете мне хочется своим языком поиграть с ее.
Я массирую ее клитор, понемногу наращивая темп, а затем свободной рукой хватаю за шею и на краткий миг сжимаю, после чего перемещаю пальцы к линии подбородка. Я вынуждаю Аву повернуть голову и тут же припадаю к ее губам. Она нетерпеливо встречает мой язык и вылизывает его своим, отчего я только сильнее возбуждаюсь. Мой затвердевший член жаждет очутиться внутри нее, но сейчас у меня в планах этого нет. В приоритете она. Мои желания подождут, пока я не доведу ее до оргазма.
Мы целуемся, наши языки пляшут в яростном танце. Я имею ее пальцем, увеличивая скорость лишь с одной целью: заставить ее кончить, подвести к грани и доставить незабываемый оргазм.
Я стискиваю ее челюсть сильнее.
– Я хочу, чтобы ты кончила для меня, – шепчу я, и она рассеянно кивает. – Ты близко?
– Почти… – выдавливает она, а я тем временем снова скольжу в ней пальцем.
Я накрываю рот Авы своим, чтобы заглушить стоны, и быстро тру ее клитор, пока она не начинает вздрагивать. Первокурсница пытается сдвинуть ноги, но я ей не позволяю, продолжая входить в нее своим пальцем снова и снова. Тогда она достигает оргазма, покрывая мои пальцы своими соками и освобождая мою голову от любых мыслей. Мне хочется сунуть свой член ей в рот.
Я разворачиваю Аву свободной рукой и смотрю ей в лицо с обожанием. Ее обычно изумрудно-зеленые глаза сейчас практически черные. По щекам разлился румянец, а губы разомкнуты. Она все еще плывет по волнам оргазма, и я осознаю, что не видел никого прекраснее.
Я сую палец в рот и вылизываю его дочиста.
– У тебя райский вкус.
Губы Авы растягиваются в улыбке, а я в этот момент сжимаю ее свитер в кулак и притягиваю к себе. Я готов овладеть ее ртом, но мой мир рушится, когда раздается голос Клэя, и мы застываем.
– Колт? Ава?
На ее лице тут же возникает выражение смущения. Отстраняясь от меня, она застегивает молнию и поворачивается спиной к выходу с кухни.
