– Ты не должен, – вяло возмущаюсь я, а он тем временем медленно и нежно ласкает клитор, ракетой отправляя мои чувства во вселенную, названную его именем. – Я совсем не это имела в виду… просто ты казался таким подавленным, и я… о боже, Колт.
Ногтями я впиваюсь в его предплечье, стараясь удержаться на ногах, потому что колени уже подкашиваются. Он перестает уделять внимание только моему клитору, отодвигает трусики в сторону и вводит в меня два пальца. Я ловлю его взгляд и утопаю в его глазах самого прекрасного цвета из всех, что видела.
– Произнеси мое имя.
– Колт.
– Еще раз.
– Колт. – Перед глазами все плывет. Ресницы дрожат, пока я стараюсь не опустить веки.
Он обрушивается на мои губы поцелуем, заглушая стоны. Я цепляюсь за его плечи, потому что иначе просто упаду. Риск того, что нас могут поймать с поличным, заводит. Я распаляюсь даже сильнее, чем когда он имел меня пальцами в библиотеке в первый раз. Одной подобной мысли хватает, чтобы я унеслась. Меня накрывает мощнейший оргазм, мои мышцы сокращаются вокруг его пальцев, а его имя срывается с моих губ едва слышимым писком.
Колтон поправляет мои трусики и собирается убрать руку. Я хватаю его за запястье, не позволяя ее отвести. Мне любопытно, как он отреагирует. Я пытаюсь вернуть его руку на прежнее место, но он легко вырывается из моей хватки и облизывает свои пальцы.
– Это мое, и я не люблю делиться.
Я поправляю юбку, расправляя ее ладонями. Мне нужно принять душ и сменить нижнее белье. Учеба подождет.
Колтон вытаскивает телефон из кармана и смотрит на него, а затем поднимает взгляд на меня, улыбаясь.
– У меня десять минут до тренировки, так что есть время ополоснуться.
– Повезло тебе, – буркаю я и намереваюсь его обойти, но он ловит меня за локоть и останавливает.
– Мне повезет, когда твоя киска сожмется на моем члене, заливая его своими соками, а твои идеальные сиськи окажутся в моих руках. Вот что значит – повезло.
– Я сейчас тебя вроде как ненавижу, – ворчу я, а он нежно целует меня в лоб.
– Потому что снова хочешь меня? – Он смеется, а потом отпускает меня, и мы оба направляемся к столу, где бросили свои вещи.
– Потому что снова тебя хочу, – возмущаюсь я. Он хохочет, притягивает к своему боку и целует в висок. Ему стоит прекратить проявлять столько нежности, иначе я могу влюбиться.
– Заходи потом ко мне.
– Не могу. – Я поднимаю рюкзак и вдруг ощущаю на душе тяжелый груз. Мне хочется пойти к нему. Провести с ним время, и не только в постели, ну, разве что немного, но суть не в этом. Даже посмотреть с ним какой-нибудь сериал уже звучит как прекрасный план. – Я иду по магазинам с Лайлой. Еще увидимся, Колт.
– До встречи, Ава. – Он подмигивает и быстро покидает библиотеку. Я следую за ним, но намеренно медленно перебираю ногами, так как все еще качаюсь на волнах удовольствия, которое он мне доставил, и не готова вернуться на сушу.
– Ава, – зовет меня мисс Льюис, как только я оказываюсь у стойки администратора. Я застываю, натягиваю вежливую улыбку и поворачиваюсь к ней. Ей около сорока, и на самом деле она очень милая. Мне нравится сюда ходить в том числе и из-за нее. Мы часто обсуждаем книги, которые у нас обеих заняли особое место в сердцах, и нередко пополняем списки друг друга на прочтение. Она даже подписалась на мой книжный блог.
– Да?
– В следующий раз веди себя потише.
Моя кожа тут же вспыхивает от стыда. Смеясь, она качает головой и поднимает свою книгу.
– Вы отвлекали меня от свидания с Дэймоном Торренсом[24].
Она читает «Курок»? Интересно, кто ее любимый герой?
– Простите. Это больше не повторится, – бормочу я, а затем вылетаю прочь, сопровождаемая ее звонким смехом. Даже если повторится, не сомневаюсь, что она никому ничего не расскажет, но отчего-то мне больше не хочется, чтобы нашим местом была библиотека. Не хватало еще, чтобы нас кто-нибудь застукал.
По дороге в общежитие я вытаскиваю из кармана телефон и замечаю новое сообщение. И когда читаю его, лыблюсь как идиотка, после чего мгновенно строчу ответ.
КТ: Как насчет среды?
Я: Да.
Наше соглашение мне нравится все больше и больше. Надеюсь, я не обожгусь.
Две недели пролетели со скоростью света. На дворе четверг, и завтра все разъедутся на зимние каникулы. Кроме меня. Обычно я доволен таким раскладом. Обожаю оставаться наедине, когда меня никто не трогает, не требует моего внимания. Но теперь… Меня, черт подери, корежит от одной мысли, что она уедет. Вероятно, это будут самые долгие две недели в моей жизни.
