Отара Клутье была заперта в просторной овчарне. На следующий день животных приведут на соседнее пастбище. Жалобное блеяние нарушало спокойствие этого вечера. Собранная в надлежаще перевязанные кипы шерсть лежала на полу в сарае.
Пьер и Жасент, держась за руки, покинули двор и направились по дороге, ведущей в деревню. Они собирались забрать машину Пьера. На обратном пути они должны были пригласить на ужин Фердинанда.
Небо бледнело и постепенно становилось светло-сиреневым, по нему плыли облачка, края которых светились золотым светом заходящего солнца. Воздух был теплым и наполненным благоухающими ароматами.
– Спасибо, сегодня утром ты спас моего брата, – прошептала Жасент. – Сидони мне все рассказала. Мама права, Господь сжалился над нами. Если бы тебя там не оказалось… Я постоянно гоню от себя эту мысль, но с полудня только об этом и думаю. Я могла бы благодарить тебя за это всю свою жизнь.
– Случай, судьба, божественное провидение – как правильно назвать ту цепочку событий, которые приводят в итоге к счастливому или трагическому концу? – ответил Пьер. – Если бы Эльфин вчера мне не позвонила, я бы не приехал в Сен-Прим. Если бы ты не смогла пойти со мной этой ночью и, что самое главное, если бы я не заснул у хижины, мечтая о тебе во сне, все было бы по-другому. Проснувшись, я захотел пройтись вдоль берега, поджидая восхода солнца. Возможно, Господь привел меня туда, возможно, это было предначертано свыше. Каков бы ни был ответ, я думаю, что Лорик больше не будет докучать Сидони. Страх смерти, мои нравоучения с кулаком в придачу – все это привело его мысли в порядок.
– И обещание, которое он дал матери, тоже, – доверилась Пьеру Жасент. – Еще одно благодеяние с его стороны! Когда мама собрала их в своей комнате, этим утром, она поклялась восстановить свои силы, начать питаться, не предаваться больше своему горю, но только при условии, что оба они станут благоразумнее. Сидони считает, что в этом есть и ее вина. Судя по ее словам, она поощряла Лорика в его безумии, повторяя ему, что он для нее был идеальным мужчиной, что у нее не было ни малейшего желания выходить замуж, что они могли бы довольствоваться друг другом. Были и еще некоторые странные вещи, о которых я даже не подозревала, потому что в свое время уехала с фермы на учебу в Монреаль, а затем жила в Робервале. Я не справилась со своей ролью старшей сестры.
По пути к причалу они обменялись и другими признаниями. Жасент кратко рассказала Пьеру, при каких обстоятельствах она появилась на свет. Пьер был возмущен.
– Тебя это сильно мучает? – спросил он.
– Не то чтобы сильно, но я хотела бы больше никогда об этом не говорить. Страсть толкает мужчин и женщин на множество безумных поступков. Смерти Эммы мне достаточно, это мой крест. И потом, сейчас со мной ты.
Некоторые прохожие с ними здоровались, чтобы обменяться парой-тройкой слов: люди с любопытством смотрели на их переплетенные руки, свидетельствующие о том, что они готовы заявить всем о своей любви.
Из окна своего дома Матильда видела, как они проходят. Преисполненная радости, оттого что они снова вместе, она решила пока не показываться влюбленным. «Боже милостивый, не стоит им мешать, моим голубкам! – думала она. – Я молилась за них, и Господь услышал мои молитвы».
Перекрестившись, женщина вернулась к своей печке, где варился ароматный суп для кюре – замысловатая смесь капусты, лука и мелко порезанной кружочками моркови. «Но этим вечером наш добрый священник будет лакомиться не один – я обязательно напрошусь к нему за стол! – размышляла Матильда. – Кто знает! Он – пастырь душ своих прихожан. Он выслушал много признаний, в частности, и от малышки Эммы. Я прочитала по картам таро: чтобы найти пропавшего ребенка, нужно обратиться в религиозные учреждения. Значит, это либо – к кюре, либо – к монашкам».
Ясные глаза целительницы заискрились. Казалось, она сквозь стены всматривается в какую-то определенную точку в далеком треугольнике, образованном церковью, домом священника и женской обителью Сен-Прима.
Матильда и Жасент встретились перед церковью. Месса должна была вот-вот начаться. Празднично одетые прихожане толпились на паперти, обмениваясь приветствиями, перед тем как войти. Жасент немного отстала от своей семьи: пожилая подруга придержала девушку за локоть.
– Послушай, детка, мне бы хотелось помочь найти ребенка твоей сестры. Вчера вечером я планировала разговорить господина кюре – у меня есть на то свои причины, но сейчас не время объяснять, какие именно. Однако он вежливо отправил меня домой, хоть иногда и предлагает мне поужинать с ним за столом. Он сказал, что в данный момент у него нет времени на разговоры, – ему необходимо было подготовить проповедь.
