Но все же она добилась успеха, и это — главное. Успех — вот что воодушевляло ее, когда она вплывала в гостиную.
Горничная, находившаяся в комнате, тут же отошла к порогу. Лонгмор же стоял у окна с бокалом в руке. Темные волосы были взъерошены, а галстук помят. Возможно, он подрался или спал в одежде. Выглядел абсолютно неприлично! А глаза опасно блестели.
Софи взмахом руки отослала горничную.
— Идите спать, — сказала она. — Я позову, если понадобитесь.
Когда за девушкой закрылась дверь, Софи сняла перчатки.
— Похоже, о тебе позаботились, — заметила она, увидев, что графин, стоявший на столике, на три четверти пуст.
— Меня покормили и наполняли бокал. Где, черт возьми, тебя носит?
Мадам бросила перчатки на ближайший стул, отстегнула мантилью и швырнула ее поверх перчаток (модистки аккуратно складывали вещи и убирали в специально отведенные для них места; знатные же леди предоставляли это слугам).
— Сколько ты выпил? — проворчала Софи. — Кстати, ты не забыл, что я ужинала с лордом Аддерли?
— Нет, разумеется. Хм… а который час? — Он вынул из кармана часы и открыл крышку. — Половина первого. Что же ты делала все это время?
— Отвлекала его.
— Но ты сказала, «на два часа».
— Я сказала, что дам тебе не менее двух часов на поиски.
— Нет, ты сказала иначе.
— Какая разница? Или ты расстроен, потому что пришлось слишком рано прервать поиски?
— Не важно.
— Не важно?.. Но я только из-за этого пошла на свидание!
— Очевидно, нет, — буркнул граф. — Очевидно, ты нашла, чем себя занять!
Софи кивнула.
— Да, совершенно верно.
— Не терпится узнать, чем именно, — проворчал Лонгмор.
Она не собиралась описывать все маневры и контр-маневры, которые пришлось пустить в ход. Не стоило учить мужчин, особенно этого, искусству манипулирования сильным полом.
— Того, о чем ты думаешь, не было, — заявила Софи. — И вообще, почему ты злишься на меня? Еще раз повторяю: я не леди Клара, у которой не хватило ума воспротивиться дерзкому лорду, который увел ее на террасу. Я не столь наивна!
— Все равно…
— Ничего не случилось и не должно было случиться, — продолжала Софи. — Я не настолько глупа, чтобы допустить… что-либо. — Ей хотелось хорошенько встряхнуть его. Неужели он считал ее такой дурой? Как он мог подумать, что она настолько неразборчива? — Учитывая твое дурное настроение, могу заключить, что твоя миссия закончилась неудачей. Или ты нашел что-то похуже, чем мог представить? Полусгнившие останки в подвале? Или же…
— Комки пыли под кроватью. И то, что, возможно, было дохлой мышью. Точно не знаю — не прикасался к этой гадости. Судил исключительно по запаху. Вполне возможно, это просто чулки твоего поклонника.
— Ты что-то искал под кроватью? — удивилась Софи. — Но почему не заставил Фенуика? Он меньше и голову бы не ушиб. — Она прикусила губу, чтобы не рассмеяться; ей представился огромный Лонгмор под кроватью. Как только он там поместился?! — О, неужели ты действительно ударился голову? Дай посмотреть… Следовало бы приказать слугам принести льда. Сейчас пошлю.
Лонгмор отступил на шаг и буркнул:
— Не ушибся я. Знаю, как забраться под кровать, чтобы не удариться. Не раз там лежал… Я старался не двигаться, пока слуга со служанкой, пользуясь отсутствием хозяина, совокуплялись, прислонившись к гардеробу. А в нем прятался Фенуик… — Граф отвернулся, подошел к графину и наполнил бокал.
Софи молча смотрела на него, живо представляя только что описанную сцену. Она кое-что знала о таких вещах. Видела картинки. Но оставалась холодна, испытывая в основном любопытство.
И вот сейчас Софи пыталась отгородиться от подобных мыслей, но все равно видела — да-да, видела! — как Лонгмор, обнаженный, входит в нее, заставляя испытывать ощущения, неизведанные ранее… такие безумные, такие приятные, что от них становилось почти больно.
Ее окатило жаром при одном лишь воспоминании об этом. Захотелось подбежать к окну, распахнуть его и высунуться наружу.
А что если… Что если подбежать к нему и заставить снова сделать это, чтобы он коснулся ее, поцеловал, а потом овладел ею и стер из памяти вкрадчивый голос Аддерли?..
Заставив себя сочувственно улыбнуться, Софи спросила:
— Но тебя не разоблачили?
— Я мог бы во весь голос запеть «Боже, храни короля», но они и тогда бы ничего не услышали, — с усмешкой ответил граф. — К счастью, в таком положении трудно оставаться долго, поэтому они не задержались. Весело посмеялись и вышли, возможно, для того, чтоб повторить представление в соседней комнате. Я не пытался выяснить. Вытащил Фенуика и вместе с ним выбрался из дома.
С этими словами Лонгмор одним глотком осушил бокал. Софи же молча наблюдала за его руками, движениями плеч и игрой света на лице и волосах.
— Пришлось спускаться по водосточной трубе, — добавил он. — После чего Фенуик раскритиковал мою манеру спускаться.
Софи ненадолго обрела дар речи.
— Я думаю… — сказала она и тут же умолкла.
— Пустая трата времени! — Граф со стуком поставил бокал на поднос. — У Аддерли в доме нет ничего такого, о чем мы уже не знаем. Все в точности, как я сказал. То, что ты надеялась найти, находят только в романах!
