…В девять утра Костя зашел в свой кабинет и, заварив кофе, начал что-то нервно чертить на бумаге. Потом внезапно скомкал ее и выкинул в ведро. На душе было очень муторно, предстояло пережить очередной корпоратив. Если бы кто-то его спросил, что он не любит больше всего в своей жизни, то он, не задумываясь, сказал бы, что это и есть этот пресловутый корпоратив. «Боже мой, ну кто придумал эту мерзость? Ну, хочешь выпить – пей дома! Почему я должен смотреть на этот вертеп, а главное, его оплачивать? За что мне все это?» – думал он, раскачиваясь на стуле и смотря в потолок. Каждый корпоратив заканчивался какими-то неприятностями, которые ему приходилось улаживать. «Ладно, сяду за стол с Машей и Татьяной, хоть женская компания будет, и то хорошо, будет с кем поговорить», – успокаивал он себя. Маша ему давно нравилась: она сильно выбивалась из всей его компании, и ему было непонятно, что она тут делала и как вообще согласилась у него работать. Большинство сотрудников были приезжими и пытались хоть как-то закрепиться в Москве, она же выросла в состоятельной семье, да и муж у нее руководил американской компанией. Это как-то отпугивало Костю: «Опасно все это, была бы она как все, может быть, и замутил бы с ней чего, а так опасно. Не нужны мне неприятности», – рассуждал он. Но причина была скорее в том, что он действительно был по своей сути университетским преподавателем со всеми вытекающими из этого последствиями, и, несмотря на то, что уже вовсю носил статус директора компании, его сущность да и привычки не изменились с тех времен, когда он читал лекции. В общем, кишка была у него тонка на подобные вещи, но признать он это, конечно, не мог.
Ресторан, в котором проходил корпоратив, был за пределами Москвы: так было дешевле для компании. Маша с Таней встретились у метро и решили поймать машину, чтобы туда добраться. Для обеих это был первый корпоратив в жизни, поэтому их объединял интерес к предстоящему событию, ожидание чего-то нового и общее женское любопытство. Костя пригласил их сесть к нему за столик, что не могло их не радовать, так как являлось знаком внимания директора компании. Доехав до места, они сразу же присоединились к Косте, лицо которого было почему-то очень грустным.
– Здравствуйте, Константин Иванович, мы не рано? – спросила Таня.
– Да нет, девчонки, как раз вовремя, сейчас начнут подтягиваться наши труженики-программисты.
– Если хотите, мы можем за общий стол сесть? – предложила Маша, зная ответ наперед.
– Нет-нет, что ты! Там может быть не очень безопасно. Уж поверьте мне. Главное, досидеть до двенадцати, а там уж можно и по домам. Хотя я, наверно, пораньше уеду, не уверен, что смогу досидеть.
– Обычно корпоративы – это веселые мероприятия. Вас что-то беспокоит? – вмешалась в разговор Татьяна.
– Поверь мне, что этот тоже будет по-своему веселым. Главное, чтобы все хорошо закончилось.
– Будем надеяться, – заключила Таня, так и не понимая, о чем же все-таки идет речь.
…Юра сидел за общим столом, напротив располагался пузатый программист, который раньше играл в какой-то рок-группе.
– Юрик, сегодня будем водку пить, надо погулять от души, – начал пузатый.
– Не, я пиво буду, как-то стремно водку пить.
– Да ты что? Какое еще пиво? Брось это! Раз в год бухаем. Надо уж по полной! Так что возражения не принимаются. – И пузатый сразу налил Юре граммов сто. – Пей до дна!
– Ну, ладно, гулять так гулять! – И Юра залпом опрокинул рюмку.
Он давно уже не мог расслабиться: все вокруг как будто истощало его, поедало внутрение силы, не оставляя их, чтобы жить дальше. Физически он был абсолютно здоров, но вот морально, ему казалось, он был если не инвалидом, то уж точно очень потрепанным человеком. «Накопилось, столько дерьма накопилось! Надо и правда расслабиться, хряпнуть водки и обо всем забыть!» – думал он, опрокидывая переполненную рюмку. Пузатый программист знал Юрину ситуацию с матерью и по-своему жалел его, но, чем помочь, не знал, поэтому старался подливать водки, чтобы Юра хоть немного расслабился. И за первой рюмкой сразу же последовала вторая, а затем и третья…
Через пару часов буйная толпа программистов прыгала в центре зала, подогреваемая музыкой дискотеки восьмидесятых. Юра, обнявшись с пузатым, пытался плясать не то гопака, не то «яблочко». Танцевать он не умел, и все чаще его движения приводили к падениям – он с трудом держался на ногах. «Надо бы мне сегодня к Маше подойти и поговорить. Нет, лучше не говорить, лучше удивить чем-нибудь сразу, поступком, например. Говорят только болтуны, а настоящие ребята сразу поступками берут… Что бы придумать такое?» – думал в танце Юра, и пьяный мозг подбрасывал все более и более бредовые идеи. «Может быть, заказать для нее песню и спеть, типа караоке, или лучше сплясать, тем более что сегодня ноги сами в пляс идут? А лучше и спеть и сплясать сразу…» – зрело в его голове своеобразными пульсациями.
