Марин и её команда генинов – Ицуки, Шин и Хибана. Я бы их слабаками не назвала. Да, нифига не гении, но очень крепкие ребята, все трое с ледяным кеккей-генкай клана Юки, развитым в разной степени. И пусть их наставница не легендарная разрушительница, а обычная Узумаки, они будут совсем не мясом на экзамене.
Мелкого Коху Марин оставляет на острове на попечение Каноно, зато при ней будут Карин и Наоки. Пусть посмотрят Узумаки нового поколения на Коноху, там интересно. В киношку сходят, лапшой угостятся, с малым Наруто лично познакомятся. Плохо, что ли? Очки для Карин новые заодно подберут. Угу. У девочки есть проблемы со зрением, а влезать в глаза ребенку для коррекции ирьенинством – глупость несусветная. Вот когда повзрослеет лет до восемнадцати, а лучше двадцати, я ей всё и поправлю. Цунаде посоветовала вообще не трогать.
Очень хотелось бы взять еще и Чико с её братьями, естественно, тоже ставшими генинами Водоворота, но сама моя подружка в Конохе всё еще числится дезертиром и с двумя другими Учихами тоже статус какой-то максимально мутный.
В общем, Чи-тян сыграла роль всего лишь капитана шхуны, доставившей нашу группу в Страну Волн, откуда мы заглянули ненадолго в гости к Шизуне, а затем, как нормальные шиноби, пешочком и отправились по дороге до деревни, Скрытой в Листве. Без большой спешки, так как с нами дети и старики. Ну, один старик – Эн-но-Гёджа.
Проходя через ворота Конохи, я вся находилась в предвкушении того, как заявлюсь в полюбившуюся лапшичную и представлю мелкого Наруто другим Узумаки. Как бы Шимуру-сана от этого удар не хватил. И тут…
Десяток шиноби вышли нам навстречу. Джонинские жилеты. Серьезные, даже, можно сказать, злые лица. Протекторы с камоном в виде зубчиков. Такая, лежащая на боку ёлка. Мудацкая деревня Скрытой Травы. Главный у этих ублюдков – мужик лет тридцати с коротко стриженной бородой, вышел к нам навстречу, оглядываясь по-хозяйски.
– Узумаки Марин, не так ли? – я и все остальные были проигнорированы, обращался кусанин исключительно к женщине Узумаки. – Перед вами Яширо, джонин Кусагакуре. Вы арестованы по обвинению в дезертирстве и обязаны проследовать со мной. Ваша дочь Узумаки Карин переходит под опеку Скрытой Травы.
– Вы что, бессмертные? – не удержалась я, хотя могла бы и что-нибудь поумнее ляпнуть. Мозг, этот чудесный продукт эволюции, отметил странность – нет ни одного АНБУ у ворот. Свидетели есть, всякие прохожие имеются, но вот тех самых ребяток в масках, которые, по идее, обязаны проход в Коноху охранять, не видно.
– Не лезь во взрослые дела, девочка, – отмахнулся было от меня Яширо. Реально смертник. Я же ему припомню. Не отреагировать на такое – огромная потеря лица. – Мы в своем праве задержать дезертира.
– Химе… давай решим миром, – схватил меня за руку Фумито. Как будто собирался удержать от чего-то такого, для чего мне руки нифига не нужны. – Это провокация, от тебя хотят, чтобы ты ударила первой. Выставят виноватой, – зашептал мне на ухо будущий муж.
– Вы не имеете право арестовывать шиноби Водоворота. Вообще никого не имеете. Вы не АНБУ Конохи, – высказалась в свою защиту Марин. Вся ее тройка генинов изготовилась к бою, взявшись за кунаи. Дурость, но не зассали перед взрослыми джонинами, стоит уважать малых. И даже Карин с Наоки не стали изображать испуганных детишек, а потянулись за оружием.
– Вы шиноби Кусагакуре, ирьенин. Старейшины просили передать, что если вы вернётесь в госпиталь на свой пост, ваше дезертирство замнут. Оформят как командировку к союзникам, – едва ли не издевательским тоном возразил ей джонин Яширо.
– Оками-сама, позвольте вашему вассалу высказаться, – предложил Эн-но-Гёджа. Старикан реально рубит в том числе и в дипломатии, но делегировать ему мои проблемы – это еще одна потеря лица. На которую мне так-то положить. Мне, но не старым налюбщикам, возглавляющим скрытые деревни. Короче, недопустимый урон авторитету.
– Нет, Эн-сан, это моя обязанность – защищать своих подданных.
Накрыла утырков волной инфразвука, от которой им наверняка стало дофига неуютно. Пусть попробуют доказать, что я атаковала! Я ведь даже больно никому не сделала. Своих постаралась отгородить, чтобы по ним не очень прошлось, но и их проняло.
– Слышьте, убогие, – сказала погромче, привлекая к себе внимание. Хотелось их еще и к земле телекинезом прижать, но это уже будет все таки нападение. – У ваших старейшин есть время до конца чунинского турнира, чтобы лично извиниться передо мной, Оками, королевой Узушио, Юки Марин и всем населением деревни Скрытого Водоворота. И ваши смешные обвинения забрать. Если нет… за вами всеми придет лично Шинигами и вы сдохнете от кровавого поноса. А всему остальному миру придется потратиться на перепечатывание географических карт, так как Скрытой Травы там уже не останется. Я, Оками, разрушительница деревень, объявляю об этом публично.
– Вы пожалеете о высказанных угрозах, – Яширо это скорее прошептал, чем сказал. Проняло придурка.
