Слух ещё несколько мгновений вылавливал звонкий голос Лисовской, которая тут же завела разговор о чём-то с Киричуком, но вскоре он утонул в гуле других голосов, и Егор перестал вслушиваться. Просто шагал рядом с Гейден, время от времени бросая на неё быстрые взгляды, практически украдкой.
Девушка шла молча, но молчание не тяготило ни её, ни его. Мечтательно разглядывала многоэтажки, кряду выстроившиеся по обеим сторонам от дороги, желтеющие деревья, листья на которых уже начали опадать, устилая тротуары ярким ковром. Трава ещё зеленела местами, и эти островки невольно возвращали мыслями в лето, не давая полностью погрузиться в эту осеннюю меланхолию. Кусочки голубого неба, затерявшиеся в рваных растянутых облаках, и солнце, проглядывающееся сквозь этот белый туман над головами. Ещё вроде грело, но уже совсем не так, совсем иначе, и это ощущалось.
Зато глаза резало – будь здоров, поэтому моментами приходилось щуриться от прямых солнечных лучей, но настроение было приподнятым, и мысли о неудачной контрольной вымело из головы уже окончательно. Егор тоже неспешно вышагивал рядом с Гейден, наслаждаясь приятной погодой, лёгкостью в голове и этой тишиной между ними, нарушаемой лишь гулом проезжающих машин, разговорами случайных прохожих и шелестом листвы на высаженных вдоль аллеи, по которой они как раз шли, деревьях.
До дома оставалось всего ничего, когда Марина прервала эту идиллию, начиная разговор. Тонкий голос мягко просочился в сознание, и Егор снова бросил в её сторону быстрый взгляд.
– Так спокойно.
– Точно, – ответил он и сунул руки в карманы брюк, мимоходом потягиваясь, вытягивая спину. – А ещё спокойнее будет, когда я, наконец, окажусь в своей кровати и уже не вылезу из неё сегодня.
– Такая ничтожная контрольная выжала из тебя все соки? Бедный, – усмехнулась она, по-прежнему глядя куда-то перед собой. Егор ощутил, как этот сарказм впивается в его мозг крохотными острыми иголочками. Глубоко вздохнул, взглянув на Марину. Голубые радужки отражали прохладную издёвку. Ту, что была в её голосе.
– Нет, маленькая зазнайка, я просто уже распланировал своё времяпрепровождение на сегодня, – сладким голосом протянул он, отводя взгляд. Краем глаза замечая возмущение на лице девушки, резко повернувшей голову в его сторону. Это принесло почти что физическое удовольствие, которое, он почувствовал, разлилось под кожей размеренными горячими волнами.
Марина громко фыркнула и снова отвернулась.
– Есть более приятные занятия, чем целый день пролежать на диване, знаешь ли, – отчеканила она, вздёргивая подбородок.
– Да ладно? – он нарочито удивлённо приподнял брови, снова косясь на девушку, и усмехнулся. – Хотя я и не сомневался, что ты скажешь что-то подобное. Сто процентов трудяга, которая к отдыху относится скептически.
Когда он проговаривал последнюю фразу, то наклонился к Гейден, заглядывая ей в глаза и противно ухмыляясь. Словно бы он заранее знал, что прав и она не возразит ему. Однако Марине эта позиция совсем не понравилась. Именно поэтому она нахмурилась, с вызовом подаваясь ему, вальяжно вышагивающему рядом, навстречу, едва не сталкиваясь с ним носами.
– А вот и нет!
– А вот и да.
Он усмехался прямо ей в лицо, тоже слегка приподняв подбородок. Она же сощурила от накатившей злости глаза и едва не шипела в ответ молодому человеку, которого ей опять хотелось хорошенько отмутузить. Сжать пальцы на его шее и мотылять туда-сюда, пока чёртова головёшка не отвалится к чертям собачьим.
– Нет, – протянула она. И вдруг осознала, что между их лицами всего с десяток сантиметров. Опять.
Отвела глаза, выдавая себя этим с головой, и закусила губу, отстраняясь от Егора, который ещё некоторое время шёл, наклонившись к ней, всё также нацепив на губы эту самодовольную улыбочку.
Ощутила, как вспыхнули щёки, пока они подходили к пешеходному переходу и останавливались перед самой дорогой. Тонкие пальцы обеих рук нервно сжали ручки сумки перед собой.
Оказалось, они почти дошли – оставалось пересечь эту не особо людную улочку и свернуть к неширокой тропе, что вела прямиком к дому. Марина даже не заметила этого. Сперва – за своими размышлениями, потом – за спором с Рембезом. Украдкой взглянула на него, отмечая, что он уже не пропиливает её взглядом. И слава богу. Зато ей в очередной раз выпала возможность детально рассмотреть его. От которой девушка тут же отмахнулась, упрямо отворачиваясь и сжимая губы.
Ещё ей не хватало, чтобы он опять поймал её за разглядыванием собственной персоны. Потом в жизнь не отцепится и будет подкалывать до скончания веков. Хотя ей даже смотреть не приходилось, чтобы знать: он снова выглядит безумно привлекательно.
Наверное, уголок рта приподнят в лёгкой ухмылке, карие глаза озорно поблёскивают, а правый ещё и переливается яркими янтарными бликами из-за падающих солнечных лучей, и он слегка щурится.
Наверняка так и было.
Марина тяжело вздохнула, старательно игнорируя стоящего рядом с ней парня. Пытаясь не думать, что их руки почти соприкасаются, потому что они стоят слишком близко друг к другу.
