Где-то четыре или пять часов спустя после падения Радар, я преодолел крутой подъём и остановился, отчасти, чтобы перевести дыхание, но на самом деле, чтобы осмотреться. Передо мной простирались земельные владения, и впервые за всё время я отчётливо увидел башни города. В этом тусклом свете башни имели угрюмый оливковый оттенок, как мыльный камень. Высокая серая стена уходила в даль по обе стороны дороги, насколько хватало глаз. Я всё ещё находился в нескольких милях от неё, и было невозможно определить её высоту, но мне показалось, что я разглядел монструозные ворота в центре.
Дорога от дома Вуди до того места, где я остановился передохнуть и осмотреться, была извилистой, но вела прямо к городским воротам. За несколько миль лес начал отступать, и я увидел брошенные повозки и что-то похожее на плуги на заросших полях. И ещё кое-что: какое-то транспортное средство, движущееся в мою сторону. У меня хорошее зрение, но повозка находилась в милях от меня, и я не мог её разглядеть. Я дотронулся до рукояти револьвера мистера Боудича, не проверяя — на месте ли он, а для успокоения.
— Радс? Ты в порядке?
Я оглянулся через плечо и увидел, что она смотрит на меня, сидя у переднего края тележки. Это хорошо. Я взялся за ручки и продолжил путь. Мои ладони прилично покрылись волдырями, и я бы многое отдал за рабочие перчатки. Чёрт, даже за пару рукавиц. Слава Богу, дорога пошла под уклон.
Пройдя милю или две (по мере спуска верхушки башен тонули за высокой городской стеной), я снова остановился. Теперь я видел, что человек, движущийся навстречу, судя по всему, ехал на большом трёхколёсном велосипеде. Когда дистанция между нами сократилась, я увидел, что за рулём женщина, ехавшая с большой скоростью. На ней было чёрное платье, развевающееся вокруг её ног, и мне снова вспомнился «Волшебник страны Оз». Особенно чёрно-белая часть в начале, когда Альмира Галч едет на велосипеде под грозным небом Канзаса, чтобы усыпить собаку Дороти за то, что та укусила её. В задней части приближающегося трёхколёсного велосипеда даже крепилась деревянная корзина, хотя и гораздо больше той, что была на велосипеде мисс Галч.
— Не переживай, Радс, — сказал я. — Она никуда тебя не заберёт.
Когда женщина подъехала совсем близко, я остановился и размял свои уставшие руки. Я собирался проявить дружелюбие на случай, если это та, о ком я подумал, но также был готов защитить себя и свою собаку, если оказалось бы, что она эмписийская версия злой ведьмы.
Женщина остановилась, крутанув педали в обратную сторону и подняв при этом приличное облако пыли. Её платье перестало развеваться и повисло вдоль ног. Под платьем на ней были плотные чёрные леггинсы и большие чёрные ботинки. Этой даме не требовались услуги Доры-обувщицы. Её лицо раскраснелось от физической нагрузки и не имело ни малейших следов серости. Если бы мне предложили угадать, я дал бы ей лет тридцать-сорок, но это всего лишь догадка. Время в Эмписе идёт странно, как и старение.
— Вы Клаудия, правильно? — спросил я. — Погодите, я вам кое-что покажу.
Я открыл рюкзак и достал золотой дверной молоток. Она едва глянула на него, только кивнула и перегнулась через руль. На её руках были кожаные перчатки, чему я горько позавидовал.
— Я КЛАУДИЯ! НА САМОМ ДЕЛЕ МНЕ НЕ НУЖНО ЭТО ПОДТВЕРЖДЕНИЕ, МНЕ СНИЛОСЬ, ЧТО ТЫ ПРИДЁШЬ! — Она постучала себя по виску и залихватски рассмеялась. — СНАМ НЕЛЬЗЯ ДОВЕРЯТЬ, НО СЕГОДНЯ УТРОМ Я ВИДЕЛА СНАБА — ЭТО ВСЕГДА ПРИЗНАК ДОЖДЯ ИЛИ КОМПАНИИ! — Её голос звучал не просто громко, он был совершенно безликим, как голос злого компьютера в старом научно-фантастическом фильме. Она добавила то, что можно было и не уточнять: — Я ГЛУХАЯ!
Женщина повернула голову. Её волосы были собраны в высокий пучок, и я увидел бы ухо, будь оно у неё. Как и в случае с ртом Лии и глазами Вуди, там был только шрам.
Клаудия подобрала полы, слезла с велосипеда и направилась к тележке взглянуть на Радар. Попутно она похлопала по рукояти револьвера.
— БОУДИЧА! Я ЕГО ПОМНЮ! И ПОМНЮ ЕЁ!
Радар подняла голову, когда Клаудия погладила её и почесала за ушами, как больше всего нравилось Радс. Клаудия наклонилась ближе, очевидно, нисколько не боясь быть укушенной, и принюхалась. Радар лизнула её в щёку.
Клаудия повернулась ко мне.
— ОНА СИЛЬНО БОЛЬНА!
Я кивнул. Не было смысла отрицать это.
— НО МЫ ПОДДЕРЖИМ ЕЁ! ОНА ЕСТ?
Я помахал рукой, имея в виду: немного.
— Вы умеете читать по губам? — Я дотронулся до своих, затем указал на её губы.
— ВСЁ ЕЩЁ МНОГОМУ НЕ НАУЧИЛАСЬ! — протрубила Клаудия. — НЕ НА КОМ ПРАКТИКОВАТЬСЯ! МЫ ДАДИМ ЕЙ ГОВЯЖИЙ БУЛЬОН! УЖ ЭТО-ТО ОНА СЪЕСТ! ПРИВЕДЁМ ЕЁ В ФОРМУ! НЕ ХОЧЕШЬ ПЕРЕНЕСТИ ЕЁ В МОЮ КОРЗИНУ? МОЖНО БУДЕТ ДВИГАТЬСЯ БЫСТРЕЕ!
Я не мог сказать ей, что боюсь повредить задние лапы Радар, поэтому просто покачал головой.
— ЛАДНО, НО ПОТОРОПИМСЯ! ТРИ ЗВОНА КОЛОКОЛА НЕ ЗАСТАВЯТ СЕБЯ ЖДАТЬ! КОНЕЦ ДНЯ! ДОЛБАНЫЕ ВОЛКИ, НУ ТЫ ЗНАЕШЬ!
