«Купить такой и я мог на базаре.
Доставь, что никому не продадут!»
И вновь введя правителя в сомненье,
С ухмылкою змеиною сказал:
«Ты раздобудь нам личное оружье,
Того, чей герб на флаге указал.
Возможно мы тогда тебе поверим.
На всё про всё даём тебе вновь час!
Коль к нам плывёт действительно противник,
Нам время очень дорого сейчас!»
И государь, давая знак согласья,
Спокойно произнёс: «Беги скорей,
И если прав и словно маг всесилен,
Сомнения мои в тебе развей!»
Он позвонил в блестящий колокольчик.
По звуку отворилась дверь тотчас,
И вышли два охранника к Давиду.
Колдун решил умней быть в этот раз.
Он снова, как и ранее, тихонько
Дал указанье слушать и следить
И после про свершённые деянья
Ему всенепременно доложить.
Охранники Давида окружили.
Один из конвоиров – впереди,
Второй же, не сводя глаз с музыканта,
Невольно плёлся где-то позади.
Заданье было во сто раз сложнее,
Наездники мешались, как назло.
Давид сначала снял с себя повязку,
Кручинясь, что ему не повезло.
Он вновь решил позвать на помощь брата,
Того, кто снизойдёт к нему с небес
По чистым дождевым летящим каплям,
Хотя не мог представить сей процесс.
Желая устранить быстрей вниманье,
Навязанной охраны от себя,
Тотчас же заиграл Давид на скрипке,
О жизни предначертанной скорбя.
Мелодия лилась проникновенно,
Да так, что у обоих храбрецов,
Полились слёзы горькие рекою,
Что ехать не смогли в конце концов.
Пока с лица те влагу убирали,
Скрипач свой ясный взор направил ввысь,
Сказав: «Явись брат средний предо мною!»
И уточнил: «Данила отзовись!»
Над ними тут же облако сгустилось,
На небе прогремел раскатный гром,
Успела даже молния ударить,
Спугнув коней пылающим огнём.
Они в безвестность тут же ускакали,
Не дав спуститься воинам с седла.
Наездники уже не увидали,
Как с неба полилась ручьём вода,
И как к Давиду, будто по верёвке,
В потоке очень тёплого дождя
Спустился молодой, красивый парень,
Высокий, статный, складный из себя.
Как только он ступил ногой на землю –
Исчезли грозовые облака.
В одно мгновенье высохла дорога
От лёгкого касанья ветерка.
«Ты звал меня, мой брат, и я явился!
Рассказывай немедля обо всём.
Уверен будь, что мы преодолеем
Беду твою, раз мы теперь вдвоём!»
Давид поведал тут же об оружье,
Не представляя, как его добыть.
Уж если при себе такое носят,
То без борьбы его не получить!
«Ты в рассужденьях прав наполовину.
Его у короля, как раз и нет!
Когда здесь колдовством его слепили –
Присвоили столь значимый предмет!
Советую тебе назад вернуться
И внутрь войти теперь уже со мной.
И даже если ты того не хочешь,
Придётся вызвать колдуна на бой.
Поведаю, пока идём обратно,
Как будем там с тобой себя вести.
Колдун продолжит, думаю, лукавить,
Клинок сам не захочет принести.
И вот тогда, чтоб доказать, где правда,
Ты вызови коварного на суд.
Да непростой, обычный – на суд Божий!
Меня Данилой неспроста зовут.
Скажи, что в разрешении вопроса,
Чтоб обвиненье в лживости убрать,
Ты хочешь в справедливом поединке
Правдивость перед Богом доказать.
Скажи им, что в исходе этой встречи –
Решение Всевышнего отца.
А потому, что ты, увы, не воин,
То выставляешь за себя бойца.
Я знаю весь контекст подобных правил.
Не вздумай весь огонь брать на себя.
Ты можешь преспокойно положиться
В подобном испытанье на меня.
Сыграй, чтоб в сердце не было печали.
Нам нужен боевой, лихой настрой!
Пусть музыка торжественною будет,
Чтоб слышалось, что к ним идёт герой!»
И музыкант исполнил его просьбу,
Желаемое в звуках воплотив,
Вливая силу в истинного друга,
И чудо этим самым, сотворив.
Пред ними распахнулись вдруг ворота.
Им не пришлось проситься и стучать.
Придворные в почтении склонялись,
А инструмент всё продолжал играть.
Похоже, что могучесть, величавость,
Возвышенность дошла до их сердец.
Ещё б чуть-чуть – засыпали б цветами.
Лишь стихло всё – очнулись, наконец!
И раз уж чрез ворота пропустили –
Тотчас же к государю отвели.
Глаза себе друзья не завязали –
Они с другою миссией пришли!
Их приняли двоих в огромном зале.
Правитель украшал собою трон.
Присутствию непрошенного гостя,
Что прибыл с парнем, он был удивлён.
Выказывая явно недовольство,
Со строгостью положенной сказал:
«Ты что-то преждевременно вернулся?
Неужто ты оружие достал?
Тогда уж не томи…» И чародею,
Чтоб тот пошёл к Давиду, сделал знак.
Но то, что музыкант ему ответит,
Поверьте, ожидать не мог никак!
А он сказал: «Я должен был, конечно,
За тем, чем каждый воин дорожит,
Не уходить, ведь личное оружье
Сокрыто в тайнике у Вас лежит!
Я думаю, помощник Ваш скрывает,
Что, ослепляя чудом короля,
Он отнял у несчастного предмет сей,
Решив его оставить для себя.
Пусть принесёт и нам его покажет.
Вы убедитесь, это не обман!
Я не пойму, зачем он время тянет,
И стелет преднамеренно туман?»
Колдун вскричал на парня: «Как ты смеешь
Меня в таком прилюдно обвинять!
Да я могу за то тебя в лягушку
Одним лишь взмахом рук заколдовать!»
Давид ответил: «Думаю, не стоит
Напрасно тратить время на меня.
Вы пробовали это уже делать
Ещё вначале этого же дня!
Я знал, что из-за Вас мне не поверят
И может даже казне предадут,
Поэтому хочу, чтоб состоялся
Меж нами бой. То будет Божий суд!
В руках держать оружье не умею
И, чтобы постоять здесь за себя,
