– На террасе есть брызги крови?
– Немного. На двери тоже.
– Вы обнаружили на кухне следы завтрака?
– Нет.
– Предположительно, убийство произошло перед самым восходом солнца, около шести. Когда будете опрашивать соседей, узнайте, не заметили они чего-нибудь необычного накануне вечером. Возможно, убийца провел на участке всю ночь.
Полицейский кивнул.
– Это все! – Снейдер посмотрел на него. – Можете заняться своей работой.
Когда мужчина покинул гостиную, Снейдер еще раз подсунул зеркало под стол. На уровне грудины к стеклу прилипла запекшаяся кровь. Четыре разреза. Которые напоминали букву E.
Теперь у них уже есть цепочка букв N-D-E.
Какая-то бессмыслица.
Хотя возможно, что они еще не в курсе первого убийства в этой серии. Что бы это могло означать? Ende?[10]
Пришло время внимательно изучить все заявления о пропаже людей без вести, чтобы найти первую жертву.
Несмотря на слишком короткую ночь, утром все равно пришлось рано вставать. Сабина и Снейдер переночевали в отеле недалеко от озера Хёльхорн. В полседьмого они уже ехали в машине баварской полиции к мюнхенскому аэропорту. Тимбольдт, коллега из БКА купил им билеты во Франкфурт, откуда они вернутся в Висбаден – а там их ждала куча работы. Все-таки четыре нераскрытых убийства в Дортмунде, Хагене, Берне, в «Баварском лесу», и Сабина должна будет связать их между собой.
Рация водителя щелкнула, и он коротко сообщил, что они в Эрдинге. Там он съехал на шоссе, ведущее к аэропорту. На дисплее над дорогой значилось: «Аэропорт Мюнхена 9 километров». Сабина хорошо знала этот отрезок пути, как и пробку, в которой они как раз ехали. Ее отец, сестра и племянницы жили недалеко отсюда. Будь у нее пара свободных часов, она могла бы их навестить, как и планировала в эти выходные. Ненадолго сбежать от рабочих будней, сходить с племянницами в бассейн, затем поесть картошку фри и в кино. Или снова посетить мюнхенский зоопарк, чтобы взглянуть на дикобраза Волли, над которым Сабина взяла шефство. Керстин, Конни и Фиона обожали зоопарк Хеллабрунн, где втайне кормили ежей в загоне свежей травой и бамбуком, который те с удовольствием грызли.
Сабина улыбнулась. Потом взглянула на Снейдера, который тоже расположился на заднем сиденье и без эмоций смотрел в окно. Его лицо было пепельного цвета, словно он всю ночь не сомкнул глаз. Задумчиво он массировал болевую точку на кисти.
– Плохо спали? – спросила Сабина.
– Совсем не спал, – пробурчал он.
«Это заметно!»
– Расскажите мне о Пите ван Луне.
Очевидно, Снейдер воспринял вопрос как приятное разнообразие, потому что даже не огрызнулся, как обычно.
– Я и не знаю, с чего начать… – пробормотал он.
У Сабины на коленях лежал открытый ноутбук. Она поерзала и положила руку на спинку сиденья.
– С чего хотите. У нас есть время.
– Я посвятил свою жизнь одному делу – борьбе с преступностью. После учебы пятнадцать лет занимался анализом правонарушений, затем прошел отбор на курс оперативного криминалистического анализа, отучился пять лет на полицейского аналитика и изучал психопатов. Таких в Германии не много.
– Психопатов?
Он посмотрел на нее.
– Перестаньте шутить.
– Хорошо, не буду.
– Я не переоцениваю себя, когда утверждаю, что могу проникнуть в любое, даже самое больное и извращенное сознание. С разработанным мною методом я до сих пор превосходил любого убийцу, каким бы гениальным тот ни был. – Он сделал паузу. – Кроме одного. – Помолчав, Снейдер продолжил: – Пит ван Лун был пока единственным, кто уходил от меня. Я уступал ему.
Сабина выпрямилась.
– Сейчас ему двадцать семь лет. Когда он совершил убийства, ему было двадцать два.
– Возраст имеет значение?
– Развитый не по возрасту гений. Но вы с Хоровитцем все же поймали его.
Снейдер пожал плечами.
– Лишь благодаря счастливому совпадению. Пит собирался убить свою шестую жертву, но мы успели спасти женщину. До этого момента он всегда был на шаг впереди нас, он просто… превосходил нас интеллектом. Такого я еще никогда не встречал.
– Что отличает его от других убийц?
– Хм, что? – Снейдер уставился в окно. – Он невероятно внимательно изучает мир вокруг себя и людей, с которыми общается. Это жутко. Он проникает в их чувства, знает, что они думают, и может ими манипулировать.
– Все то же самое делаете и вы.
– Да, но я на «правильной» стороне.
Сабина вывела ноутбук из спящего режима.
– Я почитала дело Пита ван Луна. Там написано, что он изучал театральное искусство. Это интересно, но не похоже на вид деятельности гения.
– Он вырос в Голландии, затем какое-то время жил в Германии и позже учился в Копенгагене. Для него это не проблема, потому что он говорит на нескольких языках. Студентом он поставил в Копенгагене смелый спектакль с пугающими декорациями. У него обширные знания, и он всем интересуется. Его интеллект ненасытен, ум никогда не отдыхает. Вероятно, это его проклятие.
– У него надежная охрана в «Штайнфельзе»?
– Надеюсь. – Это прозвучало завершающе. Очевидно, для Снейдера разговор был окончен.
