– Я могу вызвать вас в суд через прокуратуру и там заставить говорить. Если откажетесь, то получите внушительное дисциплинарное наказание, – пригрозила она, потому что не хотела упустить контроль над ситуацией.
– Можете, но, подозреваю, вы сильно торопитесь. Поэтому предлагаю больше не лгать. Договорились?
Она кивнула.
– Так что с ним?
– Насколько я знаю, он умер от иммунодефицита несколько лет назад.
– Серьезно? И с тех пор Мартен один?
– Да.
– Он страдал?
– Да.
– А как…
– Я достаточно вам рассказала. Что вы можете сказать о цифрах четыре, пять, восемь и одиннадцать?
Пит удивленно посмотрел на нее.
– Понятия не имею, куда вы клоните.
– Эти цифры как-то связаны с вашим спектаклем?
Он пожал плечами.
– Почему именно эти цифры?
– Об этом я не могу говорить. Во время постановок рядом с вами был близкий человек или кто-то, кого спектакль особенно восхитил? Актер, рабочий сцены или зритель?
– Вы имеете в виду, что этот кто-то совершил актуальные убийства?
– Возможно.
Он медленно помотал головой.
– Спектакль показывали позже?
– Нет.
– Что насчет владельца Gjellerup? Вы контактировали с ним после?
– Это была она, Лерке Ульфельдт, и нет – больше никаких контактов. Насколько я знаю, арт-кафе разорилось, а она уехала в Венгрию. Эта шлюха должна мне еще триста пятьдесят крон.
Сабина подсчитала.
– Пятьдесят евро?
– Сорок пять.
– Вы ненавидите ее из-за этого?
– Ненавижу? Господи, нет! – Он засмеялся. – Это было шесть лет назад. После представлений я уехал из Копенгагена в Роттердам. Познакомился с молодой девушкой. С тех пор я больше никого не видел из того театра.
– Прошел всего год, и вы начали свою серию убийств. Первой жертвой стала ваша тогдашняя подружка Сара.
– И что? – Голос Пита звучал безэмоционально.
– Эти убийства были как-то связаны с вашим спектаклем?
– С Гансом Христианом Андерсеном? С чего вы взяли? Я молотком раздробил женщинам все до единой кости в теле, а затем заколол их ножом. Это была бы жестокая сказка.
«Не менее жестокая, чем заживо сжечь человека вместе с пнем».
– Вы также вырезали своим жертвам по одной букве на груди. Что означала эта последовательность букв?
Пит заулыбался.
– Это останется моей тайной.
– Эти буквы как-то связаны с цифрами четыре, пять, восемь и… – Она остановилась.
Что-то было не так. Сабина уставилась Питу в глаза. Она чувствовала какую-то фальшь. Наблюдала за его реакцией, но он не шевелился. Сабина быстро вспомнила все, что он ей до этого рассказал. Где была ошибка?
«Пит ван Лун проникнет в вашу голову быстрее, чем вы успеете опомниться» – всплыло предупреждение директора Холландера.
«Вы сомневаетесь в своих силах?» – вторил голос Снейдера. Он советовал ей не говорить Питу ван Луну, что она знает Снейдера или работает с ним. Но сейчас это уже не имело значения. Дело было в чем-то совсем другом.
Черт возьми, что было не так?
Пит ван Лун нагло смотрел на нее.
И Сабина неожиданно поняла!
Согласно заключению судмедэксперта, Пит ван Лун сначала закалывал свою жертву ножом, а потом дробил ей молотком кости… а не наоборот! Такую деталь Пит точно бы не перепутал и не исказил.
– В чем дело? – спросил Пит.
«Принцесса
Сабина молчала и продолжала рассматривать ван Луна. Когда она разговаривала со Снейдером, акцент звучал похоже, но все равно иначе. И теперь она знала, что именно смущало ее в произношении Пита ван Луна. Оно звучало так, словно кто-то пытался сымитировать голландский акцент.
Она придвинулась к стеклу, опустила взгляд и посмотрела на руки Пита ван Луна, которые он держал сжатыми в кулаки на протяжении всего разговора. Подушечки больших пальцев были красные и воспаленные.
И в один миг Сабина поняла, что здесь не так.
Ханна смотрела на Пита ван Луна, который медленно приходил в себя.
– Кто вас так отделал?
– Охранники, – с трудом произнес он опухшими губами. Слова звучали как-то непривычно искаженно.
– Якобы вы тоже нанесли себе увечья?
Пит открыл один глаз, но он тут же закрылся.
– Возможно, я сумасшедший, но не настолько. – Он повернул голову и уставился в потолок.
Инстинктивно Ханна хотела вытереть ему слюну в уголках губ, но боялась, что он может укусить ее за палец.
Хотя Пит был привязан кожаными ремнями к металлической койке, она сделала шаг назад и встала на почтительном расстоянии.
– Что вы здесь делаете? – выдавил он.
– Я хотела поговорить с вами.
Уголки его губ потянулись наверх, как будто он хотел улыбнуться. Одновременно лицо исказилось от боли. Ханна увидела, что у него кровила десна.
– Это не может подождать?
– У нас больше не будет сеансов терапии. Меня уволили.
– Неужели вы сцепились с директором Холландером? – пробормотал он. – Хотя все лучше, чем на скалы сбро… – У него слипались глаза.
Ханна боялась, что он снова заснет. Неожиданно Пит повернул голову в сторону, и его снова вырвало.
– Что за дерьмо, – выругался он. – Это вы влили в меня соленую воду?
– Да.
– Вы можете… вытереть мне рот?
– Нет.
– Мне кажется, вы еще более чокнутая, чем я.
– Возможно.
– Вы хотите поговорить со мной об Ирене Эллинг?
