Девочки убежали вслед за Элфридом, в его комнату. Наташа заглянула туда из любопытства и обнаружила, что эта комната и впрямь предназначена для травников. Во многом девушка, конечно, ещё не разбиралась. Но мягко хлынувший к ней из комнаты запах летнего бабушкиного сеновала словно обвеял её травными ароматами детства… Девочки между тем окружили стол, на который Элфрид с довольным вздохом и бережно уложил тяжёлую охапку из трав, цветов и даже ветвей деревьев. Девочки, открыв рты, слушали его, разбирающего эту копну.
Впрочем, если Миранда слушала старика почтительно, как и подобает прилежной ученице, то Света, привыкшая за дни похода обращаться с эльфом бесцеремонно, чуть ли не панибратски, легко перебивала Элфрида, если ей что-то было непонятно. Когда она сделала это впервые, Наташа перехватила испуганный взгляд Миранды на девочку. Кажется, Элфрид был строгим учителем, если такая же легкомысленная с ним в том же походе Миранда сейчас чуть ли не побаивалась его — и переживала за Свету. Однако к Свете и её спешке в обучении Элфрид выказывал странное терпение. Либо принимал в расчёт её возраст, либо понимал, что девочка ещё не привыкла к правилам здешнего мира. Да и вопросы её были по делу.
Постояв у открытой двери в его комнату, убедившись, что учёба по травознанию идёт полным ходом, Наташа тихонько вышла и чуть не споткнулась, когда к столу с набранными травами решительно прошествовал мимо неё Шастя. Успокоившись от неожиданности, только и улыбнулась ему вслед.
Взглянула на Аедха, терпеливо дожидавшегося её в коридоре. Пока возвращались из сада, Эктор и маг тоже набрали по громадному букету съедобных трав и даже кореньев. Так что сейчас стоял только Аедх — Эктор сидел на грузном стуле, за которым воину-магу пришлось сбегать в гостиную: мальчик всё ещё быстро утомлялся.
— Теперь куда? — спросил Эктор, дожидаясь, пока его поднимут со стула. — В столовую залу? Оставим травы там?
— И оставим, и вы ещё раз проведёте урок для меня, — усмехнулась девушка. — Я ведь со вчерашнего дня запомнила только три приправы.
Усмешке её была своя причина. Видела она, как эти двое взглядывали друг на друга. Будто продолжали играть в неизвестную ей игру, в которой призом была именно она, Наташа. Порой она задумывалась, не воспринимает ли Эктор её в качестве… И отмахивалась от этого глупого предположения. Чисто мужской взгляд на себя она видела теперь только у Аедха. Эктор же видел в ней… возможно, личную собственность.
Но что делать ей сейчас, когда оба добиваются её единоличного внимания?
Она хмыкнула.
Стать неинтересной одному из них. Но так, чтобы он не понял этого.
Эктору, конечно.
Она улыбнулась ему и подошла к его стулу, оставив охапку трав для кухни Аедху. Мальчик насторожился, но, когда она протянула руки к нему, привычно и сам потянулся к ней, будто забыв, что, вообще-то, он уже мог сам стоять на своих ногах. Но Наташа тоже привычно склонилась к нему и обняла, чтобы он смог приникнуть к ней и чтобы она могла поднять его.
— Идём на кухню, — не оборачиваясь к Аедху, скомандовала она.
Поднимая со стула мальчика, она улыбнулась, прочувствовав, что Эктор стал чуть тяжелее, но не потому, что она устала, а потому что после страшных и голодных дней в сарае мальчик отъелся и начал физически приходить в себя. А поскольку успела отдохнуть в этом замке и она, то более тяжкий вес мальчика её не испугал.
— Аедх, — не оглядываясь, попросила она, — я не вполне запомнила расположение помещений в замке. Идите впереди меня и покажите мне кухню.
Поскольку она обнимала Эктора — и он смотрел за её спину, была ещё одна мысль, кроме незнакомого ей пока расположения комнат в замке. Не хотелось, чтобы мальчик видел идущего позади воина-мага. Чисто личное, насколько она понимала себя. Ведь именно она не хотела, чтобы эти двое обижали друг друга.
Через минуты она усадила мальчика на стул перед обеденным столом, а Аедх вывалил перед ним охапку трав. Взрослые сели напротив мальчика и принялись за сортировку. В основном назначение трав объяснял воин-маг, но иной раз он взглядывал на Эктора, словно приглашая его к разговору, и мальчик был вынужден объяснять Наташе, что к чему… Травы постепенно распределялись по разным пучкам, а Эктор так же постепенно скучнел, и — о счастье! — ему (и взрослым) помог Дима!
Мальчишка мчался по коридору так, что бег его расслышали в столовой почти сразу — и замолчали, с интересом ожидая, кто там и куда бежит. А Дима, перескочив порог, только и ухватившись за дверной косяк, еле удержался от бега дальше по инерции.
— А! Вы здесь! — обрадовался он. — Эктор, там Миранда играет с Шастей! Хочешь посмотреть? Света придумала мышку сделать из шкурки!
— Миранда играет, но Света придумала? — удивился мальчик.
— Да они там по очереди! — засмеялся Дима. — Такой хохот стоит!
Хохот? У Эктора глаза разгорелись.
— За верёвочку, что ли? — полюбопытствовала Наташа.
— Ага! — кивнул мальчишка. — Эктор, ну что?
— Но я… — засомневался тот, глядя вниз, на свои ноги. Но все видели, что его задело: где-то там во что-то играют, где-то там смеются без него!
