Маша взяла себя в руки и постаралась говорить как можно спокойнее.
— Клайв, я тебя не понимаю…
— Не бери в голову — это просто экспромт, сиюминутная фантазия. Скажи лучше — он тебе нравится? Ты увлечена им?
Девушка смущенно промолчала. Она не понимала, что происходит.
— Можешь не отвечать. Это заметно с первого взгляда. Дам тебе совет, Мари, когда он признается тебе в любви, а ждать осталось недолго, от силы день — два, подумай хорошо перед тем как отказать. Сделай генеральную уборку, выкини из шкафа запылившийся скелет, сколько можно возвращаться к мертвым воспоминаниям?
Когда не знаешь — какой выбор сделать — правильнее всего — поступить по-другому
У Маши поплыла голова, перед глазами моментально соткался забытый образ Виктории, произнесшей недавно те же слова. Совпадение?
Клайв невозмутимо продолжал
— Любовь — волшебная субстанция, неуловимая, капризная… Большой грех — пройти мимо и не заметить подарок небес, а не воспользоваться им — еще большая и непростительная глупость.
У Маши вырвался невольный вопрос
— А ты любил кого-нибудь?
Теперь пришла пора задуматься Клайву. Довольно надолго. Несколько километров промелькнули за окном в абсолютной тишине. Потом он ответил.
— Я любил каждую женщину, которая дарила мне ночь. Любил, как мог, как желала она. Отдавал всего себя без остатка, но и с благодарностью принимал ее страсть. Как я могу лишать себя удовольствия иметь свободу выбора? Как я могу лишить остальных женщин наслаждения?.. Пока я жив, буду дарить им чудо…
— Таково было кредо великого Казановы… за что не раз был бит и практически изгнан из родного города. Ты его приемник?
— Возможно…. ты была в Венеции, Мари?
Господи! Очередной день сурка… сейчас он добавит, что мне суждено там побывать или…
— Скучный город. Город — утопленник, полусгнивший, пропахший тиной… Куда веселее Рим!! Уютные кофейни на площади Навона. Гомон загадывающих желание чудаков у фонтана Треви…Базилика Святого Петра… вот где ощущаешь величие создателя. Я имею в виду Микеланджело. Полуразвалившийся символ старой веры — кровавая арена Колизея… Мой совет — при случае посиди несколько минут в тени сосен на мраморных скамьях над руинами Форума — подумай о Вечности. Там всегда приятно размышлять о высоком…
А потом, он продолжил начатое
— Ведь ты имеешь в виду совсем другое, не так ли? Ты имела в виду болезнь? Болел ли я любовью?… Долгое время мне казалось, что этот недуг обходит меня стороной. Что ежедневной профилактикой я выработал стойкий иммунитет. Но…. Увы, защита дала сбой… Зараза подкосила несколько месяцев назад, я пытался лечить ее известными методами, но пока бесполезно… Она периодически дает рецидивы…
— Моя подруга — одно из противоядий?
Клайв болезненно скривился.
— Обещаю ей в этом признаться как можно скорее.
— А кто та, другая?…хотя, если не хочешь — можешь не говорить.
— Нет, почему же — воспоминания о ней подобны бальзаму — ты сама ответила на свой вопрос — она — Другая. Женщина — тайна — пришедшая в мой мир из Неверленда и вновь затаившаяся в нем.
В мире, которого никогда не было, в мире волшебных снов, сладких иллюзий, говорящих глаз, в мире призраков и заблудших душ. В мире, куда запрещено входить обычному человеку… В котором я не единожды нарушал правила…
На некоторое время вновь воцарилось молчание. Клайв сосредоточенно вел машину, не отрываясь, глядя перед собой, словно пытался отогнать грустные воспоминания. Его лицо напоминало застывшую скорбную маску.
К Маше постепенно подбиралась усталость, мелькающий за окнами монотонный равнинный пейзаж навевал дрему, она незаметно клевала носом.
Зазвучавший вновь голос Клайва заставил ее вздрогнуть и встряхнуться.
— А что в Дизентисе? Единственный интересный факт, который прославил это захолустье — казнь несчастной полусумасшедшей женщины, лживо обвиненной в сношении с Дьяволом…
Маша замерла в нерешительности. Он задал закономерный и логичный вопрос — требующий правдивого прямого ответа.
"Опасайся людей, над их волей я не властна".
— Меня заинтересовала эта история, о которой я узнала случайно, гуляя по сайтам. Я прочла, что там создан музей, посвященный казненной. Вот почему — Дизентис. Ни более и не менее.
Клайв, недоумевая, наморщил лоб, но ответ, похоже, его удовлетворил.
— Тем не менее, странное стечение обстоятельств, не находишь?? Я заканчиваю книгу о последней шварцвальдовской ведьме…. Еду в Базель к редактору и вдруг на моем пути попадаетесь вы, влюбленные голубки, идущие по следу той же пресловутой колдуньи…
— Эта случайность повергла меня в шок не меньше твоего! А почему ты выбрал для сюжета историю о ней? Это твой первый роман?
— Нет, уже третий… Первый был посвящен наследию викингов, рунным манускриптам, второй жизни и смерти несчастной Мадлен Бове, одной из главной героинь скандального Луденского дела о сношении изнемогающих от безделья монахинь с демонами, а точнее с собственными духовниками, и наконец последний, исследующий наследие легенд и сказаний Черного Леса.
— Ты придерживаешься странной тематики… Тебя привлекает не только тайны, но и зло, притаившееся за ними?
