– Ау! - я постучал кулаком по стене, чтобы меня заметили. - Таймаут! Заткнитесь, ради Бога!
Ну надо же! С третьей попытки меня услышали.
– Деня, объясни ей, что поздно уже, надо быть дома, а не шляться по улицам, - обратилась бабушка ко мне за поддержкой.
– Денечка, скажи ей, что то, что произошло вчера, больше не повторится, - в свою очередь взмолилась Светка. - Ты их запугал. Они больше не сунутся.
– Они - нет, - не отставала ба. - Вот на Лену напали никакие не маги, а обычные парни, скоты только. Думаешь, их на улице мало? Денис, скажи ей, что права.
– Нет, скажи ей!
Я посмотрел на одну, затем на вторую и вынес вердикт:
– Никому я ничего говорить не буду. Вы обе, как обычно, перебарщиваете. Бабушка, все не так страшно.
– Вот! - расхорохорилась Светка.
– А ты молчи, - заткнул я ее. - Ты хоть понимаешь, как бабушка за тебя испугалась, когда тебя украли?
Девчонка сникла.
– Ну, понимаю, - буркнула она.
– Так дай ей хоть успокоиться толком.
– Так что ж мне теперь старой девой быть?! - заорала она так, что я испугался, что люстра сейчас спикирует с потолка мне на голову.
Да уж, вот у Светки проблема так проблема. Оказывается, в неполные четырнадцать лет есть опасность сделаться старой девой.
– Старая дева! - бабушка закатила глаза. - Дожили. Тьфу ты господи!
– Светик, а ты не можешь подождать недельку, а потом делаться старой девой? - усмехнулся я.
– Еще семь дней и семь ночей на пути к старости? - ужаснулась та.
– А я-то думал, моя сестра - взрослый и все понимающий человек, - вздохнул я и повернулся к бабушке. - Что ж делать, если она еще дите?
– Я не ребенок! - завопила Светка.
Я красноречиво глянул на нее. "Докажи", - говорил мой взгляд.
Светка явно разобиделась, но все же сдалась. Она опустила глаза и, не глядя на нас, покладисто сказала:
– Я пойду уроки сделаю, - и заперлась в комнате.
Бабуля же изумленно уставилась на меня.
– Как тебе это удалось?
Я пожал плечами.
– Если с человеком разговаривать, как с глупым ребенком, он и будет вести себя, как глупый ребенок. А Светка уже не так мала и, вынужден признать, не так глупа, как я думал.
– Хочешь кушать? - бабушка опять переключилась на свое. - Чем занимался? Выглядишь усталым.
– Ничем, - ответил я. "Ну, если не считать, что я обидел девушку, которая предложила мне себя". - Бабуль, и я не голодный.
– Ты всегда не голодный. Ты хоть когда-нибудь ешь?
Я подумал. Ну, сегодня я завтракал.
– Ем, конечно.
– Как же! - не отставала бабушка. - Это Света потолстеть боится, а ты-то чего?
"Кусок в горло не лезет…"
– Ладно, - сдался я. - Пойдем, чай попьем.
– А как твои маги на вчерашнее отреагировали? - тревожно спросила ба, когда мы уселись на кухне.
– Если честно, не знаю. Красов рвет и мечет, Захар меня полностью поддерживает и сегодня подался усмирять своего нервного коллегу.
– Захар всегда был замечательным человеком, - сказала бабушка, прихлебывая чай. - Он всегда утихомиривал Егора, когда тот зазнавался или хотел нас бросить.
– Бросить?… - опешил я. - Господи, я не знал.
Бабушка покачала головой.
– Твой дед был человеком широкой души, ты очень похож на него… Но магия травила его год от года, а последние годы, после смерти твоих родителей, особенно.
– Ты по нему скучаешь?
– Скучаю, - призналась она, - скучаю по тому, каким он был пятнадцать лет назад.
Не знаю почему, но мне вдруг захотелось провалиться сквозь землю. Я поставил локти на стол и опустил голову на руки.
– Ну почему все так несправедливо? - придушенно произнес я. - Простым людям магия представляется как чудо. А на деле… Все эти сказки про добрых фей и волшебников, оказывается, такая бредятина на постном масле. Там же ни слова правды.
– Деня, что с тобой? - заботливо спросила бабушка.
– Меня пугает то, что магия делает с людьми, - признался я.
– Ты хочешь с ней порвать? - догадалась она.
Я помотал головой.
– Я не могу.
– Почему?
– Почему? - эхом повторил я. - Потому что я не обычный маг. Стихийных магов всего четыре на всю Россию. Им некем меня заменить. А если останутся только трое, черные силы победят. Кроме того… Ты даже не представляешь, скольких больных я уже успел исцелить и скольких еще могу… Разве можно мне уйти?
– Нет, - признала бабушка. - А жаль…
В этот момент в дверь позвонили.
– Я открою, - и я пошел к двери. Было уже поздно, и я понятия не имел, кто бы это мог быть. Может, соседка какая?
Я открыл дверь, даже не спросив, кто там, и изумленно распахнул глаза: у порога стояла Писарева, зябко обхватив себя руками, лицо у нее было бледное и заплаканное.
– Что?… - я не успел договорить, как Ленка бросилась мне на шею, зарыдав.
Как трудно иногда понять некоторых людей… И как просто порой понять других…
– Что случилось?! - крикнула из кухни бабушка.
– Понятия не имею! - отозвался я. - Ленчик, что такое?
Она рыдала, вцепившись в меня, как в спасательный круг, без которого тут же пойдет ко дну.
– Денис, прости, пожалуйста, - всхлипнула девушка. - Прости, но мне больше не к кому пойти… совсем не к кому.
