- Знаешь что, друг, - отвечала ему птица, - знаешь, что о вас, людях, думает фауна?.. А она думает то же самое, о том же инстинкте. Я знаю, кто-то из людей считает, что человек - самое великое на Земле, в отличие от остальных, считающих, что ближе животного ко вселенной ничего не может быть. Но наше (фауны) мнение о вас делится тоже на две категории. То есть, одни считают, что они выше, чем вы, а другие считают себя ниже человека.
- Это как понять?
- Примерно так, что они делятся на две категории, - опять она попыталась начать паясничать, - одни являются "тварями дрожащими", а другие "право имеют".
- Мне сдаeтся, что ты сейчас просто оправдываешься, - поделился Алекс впечатлением от услышанного, - что на самом деле всё выглядит в вашей этой "фауне" совсем по-другому.
- Может, и по-другому, но не лучше и не хуже, чем везде, - проговорила птица и решила перечеркнуть этот дурацкий (для неe) гомеровский принцип ("какое слово ты скажешь, такое в ответ и услышишь"): - Понимаешь ли, яйца сами не высиживаются. И гнездо я по веточкам собираю не потому что у меня мозгов нет и всё делается само собой. Только не спрашивай меня про блестящие вещи.
- Почему вороны воруют блестящие вещи? - уточнил Алекс. - Хорошо, не буду.
- Сколько времени? - вдруг поинтересовалась у Алекса птица
Тот полез в карман, достал свои наручные часы без браслета. - Половина девятого.
- Темнеет, - вдруг как-то неприятно усмехнулась птица. - Пора лететь.
- Далеко тебе лететь? - пришла вдруг Алексу в голову глупая мысль, что в ответ птица увеличится в размерах и предложит ему сесть себе на спину: "не желаешь ли полетать, птенец?"
- Не важно, - ответила птица. - Возможно, скоро и сам узнаешь. Ты, приятель, только не рассказывай никому обо мне.
- Ха! Насмешила! - хохотнул Алекс. - Ты думаешь, мне поверит кто, если я о тебе расскажу? У меня и друзей-то нету...
- Знаю я всё, - перебила его птица. - Но только ты МОЛЧИ, и не рассказывай, даже если тебя пытать будут... И тогда я буду для тебя волшебной. И буду много желаний исполнять. - Этой последней фразой она, словно предотвратила ответную реплику.
- Ну, как скажешь, - пожал Алекс плечами. - Я вообще птиц любил всегда больше людей, больше собак и... Наверное, больше противоположного пола.
- Именно поэтому мы с тобой и встретились, - сказала птица. - Но у тебя ВСЕ будет, птенец. Ты только МОЛЧИ. Никто не должен знать ПРАВДЫ. Ну всё, я полетела, птенец.
И ворона вспорхнула и, не оглядываясь, исчезала в сгущающихся сумерках. Хотя, как может оглядываться быстро летящая птица? Тем не менее, Алекс провожал еe взглядом не слишком долго, в самый последний момент вспомнивший, что он дико устал и жутко хочет спать.
Пробудила его адская боль в переносице.
Пробудила ровно через тринадцать часов, тринадцать минут (иногда случаются Такие совпадения)... тринадцать секунд.
Глаза Алекса ещe не открылись, но он уже понял не только то, что его пытаются оставить без носа (и то, что, кроме его шестнадцатилетнего братца, на такое ума ни у кого больше не хватило бы), но понял он также и то, за что на него соизволила свалиться такая мука. Но... впервые в жизни Алекс ошибся в своeм брате, решив, что перед сном он забыл спуститься на улицу и вернуть на место сапог.
- Просыпайся, Карлик Нос! - тянул брат его за нос. Обычно брат над ним так не издевался; в основном издевательства были мелочные: кроме "крапивки" и "индейца" (Индеец Головожопа, - как Вова именовал это своe самое
- Одпусти дос! - загнусавил Алекс. - Одпусди, урод!
- Не одпусчу! - с удовольствием передразнивал его тот. - У бедя дасдроение сeддя ходошее.
Но Алекс молниеносным ударом отбил руку брата и нос его пронзило резкой болью.
- Ты чe, козeл, - заорал Алекс на него, как только смог нормально разговаривать, - вконец офонарел?!
- Да это я шучу, - объяснял ему брат. - Что, больно?
- Да нет, щикотно! Кретин! - Алекс знал, что единственный из людей, кто никак не реагирует на обзывательства, был его братом.
- Твой папа, - дополнил Вова. Так он реагировал на оскорбления.
- ...нагадил тебе в рот, - дополнил в ответ Алекс.
- ...но мы с тобой поменялись ртами... Кстати, - осeкся вдруг он, переведя взгляд в другую сторону, - а я не понял, где мой сапог? Ты его вчера за ужином не съел случайно? Куда ты его спрятал, придурок? - постепенно повышал Вова голос.
- У сапога своего и спроси, - ответил Алекс слегка неуверенно.
- А почему тон у тебя изменился? - обратил тот внимание на испуг брата. - Куда ты дел сапог?! - неожиданно схватил его Вова за нос и начал выкручивать. - Ты, Карлик Нос! Отвечай, а то оторву! - уже орал Вова в ярости.
- Уродил из окда! - выл Алекс от зверской боли.
