– Мой отец хочет, чтобы ты построил ему храм на небесах. Вот его приказ.
Посмотрел плотник на послание, спрашивает:
– Как мне попасть на небо?
– Это совсем просто, – говорит злой лама. – Царь-небожитель приказал запереть тебя в сарай, а сарай поджечь. Тогда, на дымовом коне, ты взлетишь прямо на небо.
– Пусть будет так, – сказал плотник. – Завтра к полудню приезжайте провожать меня на небеса.
Пришёл плотник домой, рассказывает жене:
– Лама коварный погубить хочет меня. Помоги мне одно дело сделать.
Всю ночь плотник с женой копали подземный ход из сарая в дом. К утру сделали они этот ход.
В полдень приехали к дому плотника царь со свитой и лама.
Заперли плотника в сарай, а лама притащил к сараю охапку сухой травы и поджёг её.
Когда дым всё заволок, плотник по подземному ходу пробрался домой и смотрит в щёлку, как сарай горит. А царь со свитой всё наверх глядят: увидеть хотят, как плотник на небо поднимается.
Хитрый лама тоже задрал вверх голову и кричит:
– Вон он, вон он, плотник! Его дым окутал и прямо к небу понёс!
Тогда все стали разъезжаться, желая плотнику хорошо выполнить волю царя-небожителя.
Целый месяц сидел плотник дома, никуда не выходил. Три раза в день мыл он кумысом лицо и руки и скоро стал белее весеннего облака.
Когда прошёл месяц, плотник надел на себя одежды из белого шёлка и пришёл к царю.
– Отпустил меня отец-небожитель на землю, приказал послание тебе передать, – сказал плотник.
Царь взял послание, прочёл:
«Плотник построил мне хороший храм. Награди его за это. Теперь пришли ко мне на три дня ламу. Храм без ламы – хуже пустой юрты. Пусть лама приедет ко мне той же дорогой, что и плотник».
Царь подарил плотнику верблюда, сто цибиков чая дал, седло новое дал и велел позвать ламу.
Лама увидел плотника белолицего, белорукого, в одеждах белых, очень удивился: как это случилось, что он живой?
Показал царь ламе письмо отца-небожителя и приказал скорее готовиться к поездке.
Лама думает: «Если простой плотник сумел попасть на небо и вернуться живым на землю, так я-то и подавно сумею».
Назавтра в полдень приехали к ламе царь со свитой и плотник. Заперли ламу в сарай, а плотник принёс охапку сухой травы и поджёг сарай.
Лама и задохнулся в дыму.
Так часто бывает: другому смерть готовишь, а своя беда уже в юрту вошла.
Уодного бедного арата был сын Дамдин. Когда Дамдин подрос, отец сказал ему:
– Никакого хорошего дела не умеешь делать. Ступай из юрты, поучись у людей, как жить надо.
Ушёл Дамдин от отца, три года пропадал, на четвёртый – вернулся:
Спрашивает отец:
– Чему научился? Рассказывай.
– Научился на хуре[42] играть, – отвечает Дамдин.
Рассердился отец:
– У других отцов сыновья скотину пасти умеют, лошадей объезжать могут, а ты только на хуре играешь! Какая польза от такого уменья?
Ответил Дамдин:
– Кто мою игру слушает, тому жить легче становится, у того сердце веселее бьётся.
– Никакой пользы нет в хозяйстве от твоей игры, – говорит отец. – Ступай научись нужному делу!
Опять покинул Дамдин родной дом. Шёл, шёл, – пришёл к морю. Сел Дамдин на камень прибрежный, заиграл на хуре. Сколько времени играл – неизвестно. Только вдруг видит: выходит из моря девушка в белой одежде. Подошла к Дамдину, говорит:
– Меня за тобой отец прислал. Ему твоя игра понравилась. Идём со мной.
Смотрит Дамдин на девушку, глаз отвести не может. Такой красавицы на земле ему не встречалось. А дочь водяного хана подаёт ему руку, торопит:
– Пойдём скорее, нас отец ждёт, сердиться будет, что не идём долго!
Схватил Дамдин красавицу за руку.
– Идём! Верю я, что ты мне зла не сделаешь!
Приказала ему девушка закрыть глаза и повела за собой в море. Немного времени прошло, – сказала девушка музыканту:
– Открой глаза!
Дамдин открыл глаза – перед ним дворец стеклянный, разноцветный. Посредине дворца морской хан на ковре зелёном сидит.
Подвела девушка Дамдина к отцу; морской хан говорит:
– Очень твоя игра мне нравится. Сыграй, что умеешь.
Заиграл Дамдин на хуре – все заслушались.
День играл, два играл, на третий устал, положил хур к ногам.
– Такую музыку сто лет слушать можно! – кричит морской хан. – Будешь вечно играть для меня. За это дам тебе дворец, гору камней драгоценных.
– Отпусти меня, хан! – попросил Дамдин. – Не нужен мне дворец и камни драгоценные не нужны. Хочу жить на земле, где родился; хочу, чтобы людям от моей игры радость была.
– Не отпущу! – кричит морской хан. – Хочу сам твою игру слушать!
Прижал Дамдин к груди хур, сказал:
– Всё равно убегу отсюда!
Засмеялся хан.
– А кто тебе дорогу на землю покажет? Никто! Позабудь про землю. Будешь жить здесь до самой смерти, меня игрой тешить!
Ночью остался Дамдин один. Сидит, песни печальные играет. Такие печальные, что самому плакать хочется. Вдруг слышит голос девичий:
– Не грусти, помогу тебе.
Смотрит – перед ним дочь морского хана.
– Закрой глаза, держись за мою руку. Выведу я тебя обратно на землю.
