Стал он снова думать, как бы избавиться от незваных гостей. Потом позвал солдата.
— Слушай, — говорит, — если ты согласен взять вместо моей дочери деньги, то я дам их тебе, сколько бы ты ни запросил.
— Господин король, я охотно откажусь от неё, если вы дадите мне столько денег, сколько может унести мой слуга, — отвечал солдат.
Король обрадовался и сейчас же согласился, а солдат, уходя, добавил:
— Ровно через две недели я приду за деньгами.
Потом он созвал всех портных, какие только были в стране. Целых две недели они шили ему мешок. Когда мешок был готов, силач, который вырывал с корнем деревья, взвалил его себе на плечи и пошёл к королю.
«Вот так громадина идёт! А мешок-то какой на плечах — с целый дом! Ну и деньжищ такой утащит!» — подумал в страхе король. И велел он принести целую бочку денег. Такую большую, что её с трудом тащили шестнадцать здоровенных мужчин.
А силач схватил её одной рукой, сунул в мешок, да и говорит:
— Что же вы сразу не принесли побольше? Эта чуть только донышко прикрыла.
Король велел принести ещё, потом ещё, да так и перетаскал всю свою казну. Но мешок всё ещё больше чем наполовину был пуст.
— А ну-ка, тащите ещё! Малость не хватает, — сказал силач.
Пришлось королю собрать по всему государству последние остатки. Набрали семь тысяч телег.
Силач и их запихнул в мешок, да на этот раз даже вместе с волами и всей упряжкой, а сам приговаривает:
— Я уж не буду очень-то разборчивым, возьму и это, лишь бы мешок заполнить.
А мешок всё ещё не полон.
— Ладно, уж так и быть, завязывайте, — сказал силач, — возьму сколько есть.
Потом взвалил мешок себе на спину и ушёл вместе со своими товарищами.
Как увидал король, что один единственный человек унёс богатство всей его страны, ужасно разгневался и приказал своей кавалерии садиться скорей на коней, догнать шестерых и отнять мешок.
Поскакали в погоню целых два полка. Они быстро догнали шестерых и крикнули им:
— Вы наши пленники! Бросайте мешок с деньгами на землю, не то изрубим вас на мелкие кусочки!
— Что? — сказал ветродуй. — Мы пленники? Ну уж нет! А вот вам придётся поплясать в воздухе.
Зажал он одну ноздрю да как начал дуть из другой на кавалерию, так оба полка и разлетелись кто куда, в разные стороны, закружились в воздухе, поднялись к самому синему небу и скрылись за горами. А начальник их запросил пощады.
— Я храбрый солдат, девять раз был ранен на войне и не заслуживаю такого позора! — крикнул он сверху.
Тогда ветродуй сжалился, стал дуть потише, так, чтобы тот не сразу упал, а постепенно спустился на землю, а потом сказал ему:
— Ступай теперь к своему королю и скажи ему, пусть присылает ещё кавалерии, да побольше. Уж очень охота мне заставить их всех поплясать в воздухе!
Услыхал это король и решил:
— Видно, и впрямь есть в этих парнях какая-то сила. Пусть себе уходят.
И вот вернулись шестеро со своим богатством домой, разделили его между собой поровну и стали жить себе припеваючи.
Пригнал однажды крестьянин на базар свою корову и продал её за семь талеров.
Шёл он с деньгами обратно домой и услышал, как лягушки на пруду кричат:
— Ква, ква, ква, ква!
«Ишь ведь, надрываются попусту! — подумал крестьянин. — И вовсе я не два, а целых семь талеров выручил».
Подошёл он к пруду и крикнул:
— Ну что вы за дурачьё! Разве не знаете, что у меня семь талеров, а не два!
А лягушки знай себе: «ква, ква, ква» да «ква, ква, ква».
— Ну, уж раз вы не верите мне на слово, могу и сосчитать. Вот, смотрите.
Вытащил он из кармана деньги и пересчитал все семь талеров до единого грошика.
Но лягушкам будто и дела нет до его счёта — квакают и квакают.
— Что же это, в самом деле, такое! — обозлился крестьянин. — Видно, вы лучше меня считать умеете, коли всё у вас два да два! Ну и считайте сами!
И бросил все деньги в пруд. Ждал он ждал, пока лягушки справятся со счётом и вернут ему деньги, да так и не дождался. Они, видно, вовсе и не думали об этом и упрямо продолжали тянуть своё «ква, ква, ква, ква».
А тут и вечер подошёл. Увидел крестьянин, что темно уже стало и ждать больше нельзя, принялся он ругать да совестить лягушек:
— Эх вы, кваксы болотные! Эх вы, дурни пучеглазые! Ишь, пасть-то у вас какая! Орёте, так, что, того и гляди, оглохнешь, а сами и семи талеров сосчитать не умеете! Стану я вас дожидаться, как бы не так!
Покричал, покричал, да и ушёл ни с чем. И долго ещё вслед ему неслось: «Ква, ква, ква, ква!», так что домой он пришёл вконец раздосадованный.
Вот прошло сколько-то времени; зарезал крестьянин другую корову и повёз на базар. Дорогой он стал раздумывать, как бы продать мясо повыгодней, чтобы получить денег как раз столько, сколько стоили обе коровы.
Возле городских ворот он увидел целую свору собак, а впереди всех была огромная борзая. Она принялась вертеться вокруг крестьянина, обнюхивала тушу и всё время лаяла:
— Гау, гау, гау, гау!
— Вижу, вижу — хочется тебе мясца, то-то и твердишь всё «дай», «дай». Да, хорош бы я был, коли бы и впрямь тебе его отдал! — сказал крестьянин.