И потащила его прочь от кровати принцессы, прочь из дворца, прочь из города, и ее ледяная хватка была такой крепкой, что вырваться он не мог, как ни старался. Смерть привела его в огромную пещеру под горой, где горели тысячи тысяч свечей. Одни были длинными, другие средней величины, а некоторые такие короткие, что вот-вот готовы были погаснуть. И в самом деле, каждый миг одни свечи гасли, а другие зажигались, и казалось, что огоньки все время движутся, перескакивая с одного места на другое.
– Видишь эти свечи? – спросила смерть-крестная. – У всякого живущего на земле горит здесь своя свечка. Длинные принадлежат детям, среднего размера – семейным людям в расцвете сил, а короткие – старикам. По большей части так оно и есть. Но у некоторых людей, которые еще молоды, очень короткие свечи.
– Которая из них моя? – спросил молодой человек, думая, что его свеча должна быть достаточно длинной и гореть долго.
Но указала смерть на маленький огарочек, пламя которого вот-вот готово было погаснуть. Молодой человек пришел в ужас.
– Ах, крестная, милая крестная, зажги мне еще одну свечу, прошу тебя! Я страстно желаю жениться на принцессе! Ты же знаешь, почему мне пришлось повернуть ее. Я влюбился в нее с первого взгляда! Я не смог удержаться! Пожалуйста, милая крестная, дай мне пожить своей жизнью!
– Это невозможно, – отвечала смерть. – Я не могу зажечь новую свечу, пока первая не погасла.
– Ох, я прошу, пожалуйста, поставь мою свечу сверху на новую, и та будет продолжать гореть, когда первая погаснет.
Смерть сделала вид, что собирается сделать это, достала новую длинную свечу и установила ее вертикально, затем взяла в руки маленький огарок, который уже почти погас. Но она была полна решимости отомстить и, когда ставила его поверх новой свечи, чтобы зажечь ее, позволила пламени погаснуть. И тотчас лекарь упал наземь, ведь он был таким же, как все остальные люди, и попал в руки к смерти.
Похожие истории: Итало Кальвино, «Земля, где никто никогда не умирает» («Итальянские народные сказки»); Якоб и Вильгельм Гримм, «Кум», «Посланник смерти» («Детские и семейные сказки»).
Другая сказка братьев Гримм с похожим сюжетом, «Кум», короткая и шутливая, в ней нет такой силы, как в этой истории. Сказка у Кальвино похожа только своим выводом – никто не может выскользнуть из рук смерти. Конечно, существует бессчетное количество вариаций на эту тему. «Рассказ продавца индульгенций» Джеффри Чосера одна из наиболее известных.
Две тысячи лет тому назад или, во всяком случае, давным-давно жил-был на свете богач вместе со своей красивой и доброй женой. Крепко любили они друг друга. Одного им не хватало для полного счастья, не было у них детей, но как бы им ни хотелось их иметь, и как бы долго ни молилась жена целыми днями и ночами, дети у них все не появлялись.
А находился перед их домом двор, и росло в том дворе можжевеловое дерево. Однажды зимой стояла женщина под тем деревом и чистила яблоко, порезала себе палец, и капля крови упала на снег.
– Ах, – сказала женщина, – если бы родился у меня ребенок, румяный, как кровь, и белый, как снег!
Только она это вымолвила, екнуло у нее сердце с надеждой, и стало ей радостно на душе. Пошла она домой с чувством уверенности, что все будет хорошо.
Прошел один месяц, и растаял снег.
Прошло два месяца, и все зазеленело.
Прошло три месяца, и распустились на земле цветы.
Прошло четыре месяца, и побеги на всех деревьях в лесу окрепли и переплелись между собой, и запели птицы так громко, что зазвенел лес, и опали с деревьев цветы.
Прошло пять месяцев, и стояла однажды женщина под можжевеловым деревом, от которого шел такой приятный аромат, что сердце у нее затрепетало в груди, и упала она на колени от радости.
Прошло шесть месяцев, сделались плоды большие и сочные, и пришло к ней спокойствие.
Когда прошло семь месяцев, набрала она можжевеловых ягод и столько их съела, что сделалась больной и печальной.
После того как прошел восьмой месяц, позвала она своего мужа, заплакала и сказала:
– Если я умру, похорони меня под можжевеловым деревом.
Почувствовала жена себя спокойней, когда он пообещал ей это, а затем прошел еще один месяц, и родился ребенок, и был он белый, как снег, и румяный, как кровь. Увидала она его, сердце не выдержало такой радости, и она умерла.
Горько рыдая, похоронил ее муж под можжевеловым деревом. Прошло немного времени, и душевные муки, терзавшие его поначалу, улеглись, и хотя бывало, он и всплакнет, но уж не так горько, как раньше. А прошло еще некоторое время, и женился он во второй раз.
