— Влиться в большую общину, строящую новый анклав, — наилучший выбор для вас, — похлопал его по плечу Драган. — Всё остальное тупик, хоть с излучателем, хоть без него. Вас слишком мало для нормальной жизни. Так что лучшей помощью будет донести эту мысль до вашего руководства.
— Смотри, парень, — добавил Ингвар, — вся эта байда с излучателем началась с того, что тебе голос из розетки велел «Встань и иди!», так? Ты отправился в Убежище, встретил там Милану, потом попёрся в Пустоши, и всё потому, что знал: «Так надо!» Верно я излагаю?
— Ну, — неохотно согласился Деян, — вроде того. Но это как раз и подтверждает, что я прав!
— Это говорит только о том, что ты, скорее всего, действуешь в интересах кого-то, стоящего за излучателями. Похоже, что кто-то из них пережил Катастрофу, оклемался, осмотрелся и не сразу, но добрался до штурвала. Совпадают ли эти интересы с интересами конкретно вашей общины? Я не уверен. Я даже предположить не могу, что за дипстейт у вас такой. Драган, мне кажется, знает больше, но говорить не хочет. Я тебе предлагаю подождать. Если голоса из розетки против планов Немана, они сумеют донести это до него.
— Думаю, им пофиг, кто именно и зачем запустит излучатель, — добавил Драган. — важно, чтобы тот заработал. Иначе Неман не знал бы о нём до того, как мы пришли.
— Подумай об этом, парень, — сказал Ингвар, вставая. — И заодно о том, что будет лучше для Миланы с Юльчей. Ты правда хочешь, чтобы эта девчонка выросла под землёй в окружении упёртых тупых мудил? Всё, я пошёл, меня, я надеюсь, ждут.
— Нет, Мудень, ты подождёшь меня тут.
— Гав!
— Вот именно. Испортишь весь пафос момента своим гавом. Тут не холодно, ты не голодный, так что поскучаешь. Я вас потом обязательно познакомлю, не бойся. И точно тебя не брошу, если уйду. На руках унесу, если иначе никак. Веришь?
— Гав!
— Вот и молодец. Да, нервничаю, а что такого? Расстались мы с ней… странно. Не то чтобы плохо, прощание мне особенно понравилось, но некоторая напряжённая недоговорённость осталась. Что ей было надо? Почему всё случилось так? Барышня не была особенно откровенной, если честно. Точнее, просто использовала меня втёмную, решая какие-то свои задачи. Нет, я не в обиде, но…
— Гав!
— Ну да, с головой у неё тогда, похоже, было не очень. Но так ли сильно, как казалось? Сдаётся мне, она соображала куда яснее, чем демонстрировала. Шла к своей цели, а я ей так, по пути подвернулся. Её неподружка обещала подать обо мне весточку, но, думаю, забыла или забила. Вид у неё такой был, легкомысленный. Лысая-то постарше и посерьёзнее.
— Гав!
— Да, раз она за мной вернулась, то, надо думать, все не так уж плохо. И всё равно… Странно мне как-то от всего этого, приятель. Тётка симпатичная, хоть и лысая, моложе меня сильно, резкая, как понос, явно не из тех, кому нужно крепкое мужское плечо, как Милане. Сама как из оружейной стали скручена, кремень-баба. Паровоз на ходу остановит и колеса ему отгрызёт. Видел бы ты, как она за катером бежала… А как потом купалась…
— Гав!
— Ну да, а о чём я, по-твоему, думать должен? У меня, знаешь ли, давненько… Но зачем я ей, вот вопрос? Во внезапно вспыхнувшее чувство не верю. Ладно, хватит себя накручивать! Пойду и спрошу сам.
— Гав!
— Спасибо за поддержку, Мудень. Не скучай. Если я задержусь, Драган тебя покормит.
— Тук-тук, можно? Ах, да, ты не ответишь… Я вхожу! Привет, Лысая Башка. Давно не виделись. Я уж думал всё, разошлись дорожки. Хорошо выглядишь, поправилась, и вообще. Я войду? Вот, сейчас разуюсь и… Рад тебя видеть, правда. Как ты… Да. Неман сказал, ты так и молчишь. Это ничего, я…
Девушка шагнула к нему, крепко обняла и впилась в губы решительным поцелуем.
— Продолжили, так сказать, знакомство с того, на чём расстались, — сказал Ингвар, беззастенчиво разглядывая лысую девушку.
Та сидит у окна полураздетая, накинув куртку. Внимание её ничуть не смущает.
— Странная ты тётка, Лысая Башка. Лиарна же, верно? Я правильно запомнил имя?
Девушка кивнула.
— Значит, говорилку тебе так и не починили?
Она помахала рукой в неопределённом жесте.
— И да, и нет? — озадачился Ингвар.
Кивок.
— Починили, но она опять сломалась?
Кивок.
— А ты знаешь почему?
Девушка повернулась, наклонила голову и постучала пальцем по металлическому кружочку за ухом.
— Можно я гляну?
Кивок. Ингвар встал с кровати и, завернувшись в одеяло, подошёл к окну. Осторожно взяв в ладони, повернул её голову к свету.
— Да, гвозди всё ещё в башке. Стабильность. Но другие какие-то. Поаккуратнее прежних, нет?
Кивок.
— И они не дают тебе говорить?
Неопределённый жест.
— Не они?
Снова движение рукой, не утверждающее, но и не отрицающее.
— Всё сложнее, да?
Кивок.
— Раз их тебе заменили, то до каких-то специалистов ты точно добралась. Из крутых коновалов я знаю только альтери…
Кивок.
— Ты была на Альтерионе?
Кивок.
— Но гвозди тебе не вытащили, а поменяли на свежие. Интересно… Слушай, а ты писать не можешь, случаем?
Мотает головой, стучит пальцем по виску.
— Ясно. Это, значит, не только речевой центр задет. Или вообще не в нём дело?
Кивок.
