— Я всё ещё не та, что была до всего этого. Наверное, уже такой не стану. Корректора первого ранга Лиарны больше нет, осталась Лысая Башка, — тихо засмеялась девушка. — Безумная баба с гвоздями в черепе.
— Ничего, тебе даже идёт. Этакий панк-рок. Гвозди у тебя новые, куда краше прежних, стильный аксессуар.
— Спасибо. Это альтери постарались. Их импланты для управления порталами, которые вживляют операторам.
— Знаменитая транспортная монополия, — кивнул Ингвар. — Дорого, но удобно: гору товара можно перебросить в один момент, никаких караванов. У меня никогда не было достаточно крупных поставок, чтобы портал окупался, но наслышан, наслышан. Так у них там люди внутри вставлены?
— Операторы портала, — подтвердила Лиарна. — Меня сдали в клинику, выдав за одного из них, и там заменили импланты.
— Здесь аборигены пытались сделать портал? Зачем? Свалить отсюда к чёртовой матери, что ли?
— Местные пытались подобрать отмычки к замку, но те просто ломались, и только со мной у них едва не получилось. Если бы они добились своей цели, последствия были бы чудовищными.
— Хуже Катастрофы?
— Катастрофа вызвала всего лишь коллапс среза, а те, кто их направлял, хотели получить коллапс всего Мультиверсума.
— Такое возможно?
— Говорят, да. Считалось, что корректоры были нужны как раз для того, чтобы этого не случилось.
— Были?
— Да. Корректоров больше нет.
— А как же ваша героическая организация, о которой так распиналась Джен?
— Распущена. Я узнала об этом в последний момент, когда уже готовилась отправиться сюда, но что-то менять было поздно.
— То есть никакая белобрысая велокавалерия выручать тебя на этот раз не прискачет?
— Нет. Джен не знает, где я, и не сможет найти. Да ей и не до того сейчас, я думаю. Корректоры ищут новое место в изменившемся Мультиверсуме, они теперь не охотники, а добыча. Ценный приз, который многим пригодится в условиях нового кризиса.
— Дай угадаю: чтобы напихать в голову гвоздей и засунуть в какую-нибудь древнюю штуку?
— Именно.
— Но ты всё равно собираешься сделать то, зачем пришла?
— У меня нет выбора. Я не героиня, кладущая себя на… Куда там они обычно себя кладут?
— На алтарь. Но ты можешь просто полежать у меня на коленках, я не против.
— Я только рада была бы, поверь. Но не могу поступить иначе. Чисто технически. То, что сделали с моей головой, не оставило мне вариантов. Если бы не вернулась, то постепенно деградировала бы до полного распада личности, как здешние аборигены без излучателя.
— Но твоё состояние обратимо? Я не понял, что именно ты хочешь тут сделать, но, когда сделаешь — свободна? Вали на все четыре стороны, прихватив, я надеюсь, меня?
— Очень надеюсь на это, — Лиарна замолкла.
— Прости, Лысая, как-то неубедительно прозвучало. Я давно на свете живу, меня тебе обмануть труднее, чем себя. Очень похоже, что ты настроилась на дорогу в один конец и боишься мне в этом признаться, чтобы я тебя не бросил. Потому что ты, конечно, самостоятельная сильная лысая женщина с гвоздями в башке, но остаться сейчас одной тебе было бы грустно и страшно. Угадал? Что молчишь? Чего отворачиваешься? Стыдно? То-то же.
Девушка показала на рот, постучала пальцем по импланту, помахала рукой в воздухе.
— Что, подписка на голосовую связь кончилась? Как удачно совпало. Есть повод не отвечать… Знаешь, что я тебе скажу, Лысая? Забей. Если бы ты знала меня получше, то вообще бы не парилась. Старина Ингвар из тех, кому даже гвозди в башку забивать бесполезно, тараканы вытолкнут. Ты себе не представляешь, сколько раз я ставил на кон свободу, капитал, собственную голову просто ради фана, чтобы жизнь не была такой скучной. Думаешь, я из-за денег контрабандой занимался? Я тебя умоляю, когда я случайно узнал, что миров много и на них можно посмотреть, денег у меня было как у дурака фантиков. Но я моментально бросил кормивший меня бизнес и кинулся, как в омут, в приключения. И вот я здесь, потерявший всё до копейки, застрявший в глубочайшей жопе обитаемой Вселенной, но ты не поверишь, — ни за что бы не вернулся туда, в офис. Ну, разве что вискарь из сейфа забрать, у меня там ноль семь отличного сингл молта заначено было. Правда, — вздохнул он, — его, наверное, уже конфисковали и выпили, лет-то сколько прошло… В общем, конец этой истории неважен, я всё равно пойду с тобой. До конца и дальше. Хотя бы просто посмотреть, чем дело кончится. Ну что, отпустило башку? Поменьше болит? Вот и славно.
Девушка подняла голову с его колен, повернулась, села на кровати.
— Да, щеки порозовели, вижу. Была бледная, как простыня, а теперь симпатичная девчонка. Жаль, что болтовня тебе дорого обходится. Ничего, авось пройдёт. Будешь трындеть, как все тётки, не умолкая, ещё с ностальгией вспомню твою немоту. Да что ты дерёшься? Я же шучу. Я сам горазд языком чесать, если речь к тебе не вернётся, запросто за двоих справлюсь.
Девушка обняла его и поцеловала в щёку.
— Спасибо Лысая. Ты не бойся, я тебя не оставлю. Пусть будет, как будет.
