Но никто в муравейнике с ним не спорил, на него не обижался. Все понимали, что он всё знает из собственного опыта и просто хочет уберечь молодых от ошибок. Так оно и было. Муравей знал очень много, так как сам в жизни наделал столько ошибок и набил столько шишек, что их хватило бы на полмуравейника. Поэтому он точно предвидел, что произойдёт, когда сделают что-то неправильно, неразумно; и всех по-доброму наставлял. К этому в муравейнике давно привыкли.
А ещё старый муравей не любил ничего нового. Всё, что делалось не по старинке и для него непривычно, он ругал.
«Безобразие какое! – возмущался он постоянно. – Всё теперь как-то не так! Никто не играет у муравейника в салочки и прятки, не выходит по вечерам погонять футбольный мяч, как мы в детстве. Мало читают сказки. А музыку какую противную теперь слушают! Ни мелодии запоминающейся, ни слов умных! Только все и говорят: жизнь идёт вперёд; это – прогресс! А кому он нужен? Такой прогресс?!»
Молодые и даже маленькие муравьишки-внуки не соглашались, спорили со стариком, пытались его переубедить:
– Необходим прогресс, дедушка! Вот лекарства-то новые вам помогают. Раньше вы без лекарств этих по утрам встать не могли, голова у вас кружилась. А лапы у вас в коленях как болели? Еле-еле ходили! А теперь – значительно лучше. Как же без прогресса?
Муравей всех слушал, в глубине души со многими соглашался, но стоял на своём. Всё, чего раньше не было, к чему он не привык, – ругал! И частенько осуждал он «новую жизнь» вместе со своим другом, жившим в другом муравейнике, в противоположном, дальнем углу парка. Однако здоровье старичков стало хуже, и закадычные друзья встречались всё реже и реже. Хотелось бы им зайти друг к другу, выпить по чашечке ароматного чая с мятой, но ходить через весь парк стало тяжело. Особенно трудно было добираться в гости в конце лета и осенью. Везде росла густая трава. Стояли после дождей глубокие лужи, где просто утонешь! А грязь какая скользкая! Так поскользнёшься, что и здоровые лапки все переломаешь. Да ещё всюду валялись опавшие яблоки, груши и сливы, в которых копошились хищные осы.
И оба муравья сидели по домам и ворчали поодиночке: «Что толку в новшествах всяких? Прогресс, развитие техники… Всё равно: вот даже в гости не сходишь! Природу не побороть! Дело к осени, дожди, дожди… Опять бездорожье и непролазная грязь!»
Но вот в один прекрасный день, какие часто случаются в начале сентября, старый муравей, как обычно, всех поучал, делал замечания и ворчал. Вдруг он заметил, что садовник протягивает длинный резиновый шланг из дальнего угла парка прямо к муравейнику.
– Это ещё что за новшество? Опять прогресс! – возмутился ворчун. – Тут у нас нетронутая природа, и – на тебе! – толстый шланг резиновый для полива! Дождей, что ли, мало?!
Садовник аккуратно расправил шланг и ушёл. А муравей продолжал возмущаться, пока не стемнело.
На следующее утро он увидел, что по шлангу в обе стороны снуют сотни муравьёв. Одни спешили по делам, другие неторопливо прогуливались, а некоторые даже катались на самокатах и велосипедах по этой удивительно ровной широкой дороге! И мимо старого муравья, растерянно сидевшего на склоне муравейника, спускались вниз к новому шоссе ещё и ещё муравьишки.
Знакомый малыш, пробегавший мимо, окликнул старичка:
– Дедушка! Идите с нами!
И тогда муравей, не переставая ворчать, всё же с любопытством спустился с муравейника и взобрался по приставленной лесенке на шланг, устремившийся в дальний угол парка – прямо к другому муравейнику.
«Как легко здесь ходить! – подумал муравей. – Не то что плутать в высоченной траве, перелезать через корявые сухие ветки, проползать под опавшими листьями! Замечательное изобретение – вот такая современная дорога! А что, если заскочить домой, прихватить бутылочку кленового сиропа и сходить в гости?»
Долго не раздумывая, он вернулся в муравейник, взял сироп и тут же отправился в путь.
Новая дорога показалась раз в сто короче прежней! И уже совсем скоро два приятеля расположились на террасе, на солнечном склоне муравейника. Они сидели в мягких креслах из лепестков ромашки, а на малюсеньком грибочке-столике кипел самовар и стояли стаканчики с кленовым сиропом. Вокруг муравейника, как и в старые добрые времена, росла густая трава, усыпанная маками, васильками и ромашками. А чуть в сторонке блестело на солнышке новое шоссе – чёрный резиновый шланг.
Хозяин, отхлебнув густого сиропа, недовольно сказал:
– Вот портят красоту! Дорог понастроили. Не люблю я эти новшества!
Гость тоже проворчал: «Верно говоришь…» Но вдруг осёкся, посмотрев на блестящий шланг и увидев ехавшего там на велосипеде внука.
Малыш заметил издалека деда и крикнул:
– Добрый вечер! Как ты добрался, дедушка?
– Здравствуй, внучок! Быстро дошёл. Совсем и не устал!
Старый муравей налил горячий чай в блюдечко, чтобы поскорее остыл; выпил душистого кленового сиропа и сказал другу:
