– Это, разумеется, веская причина, но лучше предложи что-нибудь другое.
К её удивлению Дерек не стал ни упираться, ни торговаться – это было скорее исключением, чем правилом:
– Ладно, красавица, слушай: семнадцатого приехали двое, оба нетрезвые. Не то чтобы пьяные, но изрядно бухие.
– Мужчины?
– Я считал, что да… А вообще, не знаю, не задумывался. Твой Стивен – точно мужчина, у него борода была: я заметил в окно, когда он вышел из машины. Дальше я в окно не смотрел, отвлёкся, а про другого я почуял, что это не человек, и свалил из номера, когда они входили.
– Разумная предосторожность.
– Рад, что ты это понимаешь. Так что видел я немного. Потом они говорили, потом стреляли, потом один умер, а другой уехал.
– Сразу?
– Нет, минут через пятнадцать.
– И что, никто не прибежал на выстрел?
– Нет, портье тут вечно бухой. Думаю, он скоро эту работу потеряет, а пока тут можно весь мотель переубивать, он точно не придёт. Остальным не хотелось геморроя: тут половина на УДО, остальные проститутки и их клиенты, не считая тех, кто снимает порнушку, и двух-трёх парочек, женатых, но не друг на друге.
– Везение для спутника Стивена. Кстати, а почему его до сих пор не уволили? Я имею в виду, портье.
– Он брат хозяина. Долгая семейная история… Но, сдаётся мне, он уже исчерпал этот заём.
– Я поняла. Во сколько погиб Стивен?
– Около девяти вечера. До этого они ещё в номере побыли минут сорок пять или час. Впрочем, я за ними не следил.
– Ты сказал, что второй был не человек, а кто?
– Откуда я знаю?
– На какой машине они приехали?
– Синяя «Тойота Авенсис» последней модели.
– И кто был за рулём?
– Твой Стивен.
Неудивительно: машина этой марки принадлежала Стивену Макбрайту.
– Ты не слышал их разговоров?
– Нет. Но они много хохотали.
– Хохотали? Правда?
– Чтоб я сдох. А вообще говоря, да, правда.
Лорейна задумалась: потрясающий антураж для суицида: прийти в номер в отвратительном мотеле и выбить себе мозги под громкий смех – свой и своего спутника. Что-то пока ничего не прояснялось. Она решилась спросить:
– Тебе что-нибудь показалось странным?
– Кроме того, что они хохотали?
– Уел. Да, именно: кроме этого.
– Выстрелов было четыре.
– Четыре?!
– Да. И три из них холостые.
– Как ты узнал?
– Звук другой. И следов не осталось.
Теперь Лорейна понимала, как произошло «самоубийство» Стивена Макбрайта.
– Чем тебе помочь, Дерек? – спросила она.
– Пока ничем, красавица. Оставь адресок, если что, я сам тебя найду. Но спасибо, что предложила, Лорейна Суини.
Матерью детектива Робина Гордона, скорее всего, была испанка. Или мексиканка. Удивительно красивый мужчина. Но, несмотря на вежливость и красоту, Лорейне Суини он больше всего напоминал инквизитора. Полицейский, дежуривший возле дверей палаты Ричарда Брогана, с рук на руки передал её этому суровому человеку из отдела по борьбе с организованной преступностью, и он, ещё не ответив ни на один её вопрос, вынимал из неё душу уже двадцать минут.
– Миз Суини, я так и не понял, зачем вам Ричард Броган?
– Я работаю над делом о предполагаемом самоубийстве Стивена Макбрайта. По непроверенным сведениям, Броган собирался встретиться с ним, когда тот вышел под залог, – ответила Лорейна, так, будто этот вопрос он не задавал так или иначе уже четвёртый раз.
– Вы так и не сказали, кто вас нанял, миз Суини. Кто захотел выбросить деньги на ветер, расследуя очевидное самоубийство?
– У Стивена Макбрайта была девушка, пожилые родители и трое братьев. Мне кажется, больше чем достаточно людей, которым не всё равно, почему дорогой им человек без всякой причины вышиб себе мозги в дешёвом мотеле.
Он кивнул так, будто она ответила, но его любопытство и близко не было удовлетворено:
– И вы считаете, что Макбрайта убили? – в голосе Гордона слышался явный скепсис.
– Я не знаю, детектив Гордон. А когда я чего-то не знаю, то предпочитаю узнать, а не делать поспешные выводы. Особенно когда мне платят именно за то, чтобы я узнала, как всё было на самом деле.
– Допустим. А при чём тут Броган? Почему именно он вас так заинтересовал?
– Вы запамятовали, детектив Гордон: я проверяю всех людей, с которыми Макбрайт встречался или собирался встретиться в последние сутки перед смертью. И после неё, как выясняется. Кстати, а почему Броганом заинтересовался отдел по борьбе с организованной преступностью?
– А вы не догадываетесь, миз Суини?
– Я предпочитаю спрашивать, а не строить догадки.
– Хороший подход, – ответить он, разумеется, и не подумал. – Спрошу и я: вам известно, с каких доходов жил Стивен Макбрайт?
– Его прибыль не входит в компетенции моего расследования.
– Почему-то я так и думал, миз Суини. Что ж, увидеться с Ричардом Броганом вы не можете: он останется под надзором врачей и полиции. Для его же безопасности.
– Хорошо, – легко согласилась Лорейна, мысленно даря детективу Гордону его положенные по закону семьдесят два часа. – Я купила Ричарду Брогану пару книжек, журналы и конфеты. Конфеты можете съесть сами, а журналы и книжки передайте ему, пожалуйста.
– Миз Суини, вы же его даже не знаете, как вы говорили?
