– Уходим? – спросил Кирилл, – Или сначала развяжем?
– Уходим, только я эту тварь хочу затолкать к себе под кожу в руку – пусть оно будет запасной батарейкой.
Олег протянул руку к Скверне и комок обрёл черты лица. Маска красивого юноши висела в воздухе и рассматривала с любопытством ведьмаков.
– Вы убиваете людей на редкость легко и в больших количествах, – маска рассмеялась. И голос, и смех были звонкими чистыми, словно смеялся подросток в советской комедии про лето, добрые приключения и счастье, – Вы снова оставили гору трупов, но так ничего и не узнали. Это и не мудрено, ведь это за пределами ваших короткоживущих разумов.
Олег внезапно ударил кулаком в левитирующее лицо. Раздался крик боли, а добродушная усмешка сменилась гримасой ненависти.
– Тебе больно, значит я тебя убью. Пусть и не пойму тебя, – Олег хотел ударить ещё раз, но лицо исчезло, остался только бесформенный комок черноты.
– Я не чувствовал, что кто-то подключился к Скверне, – Кирилл словно оправдывался. Он стоял ошарашенный увиденным.
– А к ней никто и не подключался… – Олег схватил остатки твари в кулак и раздавил, – Это была сама Скверна. У неё, видимо, хватает мозгов на разговоры.
– Нужно идти, – Егор подталкивал друзей к выходу, – Я не хочу тут оставаться.
Ведьмаки вышли из подвала под плотный снег. Рассвело окончательно и город просыпался. Отовсюду раздавались звуки машин.
– Если Скверна живёт хотя бы в каждом пятом человеке, то она может лично нам четверым устроить зомби-апокалипсец, – Олег глубоко дышал, наслаждаясь свежим воздухом после затхлого запаха мокрой ржавчины в подвале.
– Не может, а то бы устроила, – вздохнув сказал Егор.
– Не может, потому что даже не в каждом тысячном, – с улыбкой уточнил Кирилл, – А главное, она не разумна. Я считал, что мог с этой маски. Да у неё есть что-то, чем она эмулирует разум, но это как рисунок глаз на крыльях бабочки – мимикрия.
– Хотелось бы верить, – Олег поймал ртом ещё несколько снежинок, – Про Синеглазку там что-то было?
– Нет, – Кирилл поморщился, – Она вообще не воспринимает нас как разумных существ – мы только источник пищи. Может этот Шлем для неё ничего не значит, как одна из тысяч пчёл в улье?
– А может у нас не один враг? – спросил Егор, – Мне кажется, что быть злым ведьмаком и проще, и выгоднее. А наша вера, что разум даёт иммунитет от зла, научно не обоснована. Предлагаю всем пожить пока на одной квартирке, – Егор кивнул головой в сторону машины.
– Я буду жить у себя дома, – Олег отрицательно покачал головой, – Спасибо, парни. У меня хватит сил защитить себя.
– Олежка, не надо геройствовать, – Блондинчик хотел взять друга под локоть, но охотник увернулся.
– Со мной всё будет нормально, – Олег улыбнулся как смог обнадёживающе.
– А мы поехали, – Влад увлёк друзей к машине, а сам несколько раз обернулся, посмотреть на Олега. Седому казалось, что охотник что-то скрывает, нечто опасное.
Олег только в подъезде осмелился взглянуть на руку: Скверна присосалась к коже и уже проникла в мышцы.
– Я убью тебя, – прошептал ведьмак, – Я познаю тебя и убью так, что никто и никогда не сможет тебя возродить.
Олег сжал руку в кулак и стёр тварь настолько быстро насколько смог. Он впитал высвобождённую энергию и закрутил вокруг руки свет. Сначала просто пятно, но спустя несколько секунд сформировалась рыбка. Ведьмак отпустил создание и наблюдал. Существо двигалось самостоятельно, крутилось вокруг, словно искало что-то. Ведьмак сосредоточился на своей любви. Это было сложное чувство, состоящее из тысячи образов. Перед мысленным взором проплывали лица: матери, бабушки, отца, обоих дедов, брата. Несмотря на то, что в живых осталась только мать сила его чувств была одинаковой ко всем. Наконец в памяти всплыло лицо девушки, которую он не видел уже несколько лет. Олег задумался, переваривая свои ощущения и на миг отвлёкся, а потому не сразу заметил, как рыбка прильнула к его руке и выпустила щупальца-присоски.
– Я никому не позволю жрать мою любовь… Ни скверне… Ни ангелам, – ведьмак-охотник смахнул блестящее существо с руки и развеял его в пыль, а потом пошёл домой отсыпаться.
В жизни каждого человека бывают моменты, когда хочется взять перерыв и посмотреть на всё со стороны или хотя бы перевести дух, вытереть пот и сплюнуть загустевший комок наполовину из пыли, наполовину из вязкой слюны. Чаще всего этого сделать не удаётся – обстоятельства и обязательства довлеют, торопят, не дают опомниться. Остаётся закусить губу и рвануться вперёд, оставляя на шипах мелких проблем клочки одежды и кожи. Бежать вперёд в надежде найти место для передышки хоть на миг раньше, чем кончаться силы.
