Олег сидел в темноте в своей квартире. Это уже стало привычкой. Могло показаться, что он спит, облокотившись спиной о стену и вытянув по полу одну ногу, вторую согнув и прижав к груди. Тело было неподвижным, однако мысли неслись потоком, сплетались и выстраивались в сложнейшие конструкции. Он ждал всю ночь, что в дверь постучат, вломятся через окно, взорвут газом весь подъезд. Ничего не происходило. Он устал ждать продолжения своей истории, не зная всех правил игры, в которую оказался втянут. Неопределённость будущего давила на виски. Во время последней драки на крыше он был полноценным, вернее сейчас понял, что так было. Там наверху под ветром со снегом он не чувствовал себя вообще, как люди не ощущают здоровый орган.
Темнота медленно рассеивалась. Сквозь жалюзи проглядывала синева. Начинался новый день, который Олег собирался пропустить, продолжая свою дрёму, всё глубже погружаясь в размышления. Поначалу ведьмак прокручивал в памяти последние два месяца, искал любую возможность получить хоть какое-то знание из прошедших событий. Теперь он ставил эксперименты, накачивая энергией себя и пространство вокруг. Олег учился и привыкал к электрической щекотке в сознании, тренировался. Сейчас у него была цель: достичь мастерства в жонглировании чернотой.
Пискнул мобильник – Егор написал сообщение:
– Ты как?
– Учусь, – ответил Олег, пробежав пальцем по дисплею. Он хотел подключиться к устройству напрямую, ответить, даже не взяв в руки, но был ограничен в знаниях. Ведьмак понимал, как работают полупроводниковые компьютеры, мог написать несколько строчек кода. Однако для управления техникой с помощью силы нужно было уметь общаться на двоичном коде со скоростью того же порядка, что и процессоры, дотошно знать их архитектуру.
Олег усмехнулся. Попробовал иначе. Телефон поднялся в воздух, невидимый палец надавил кнопку активации и загорелся дисплей. Имитировать прикосновение к тачскрину было сложнее – необходимо придать паранормальной силе нормальные физические свойства: электропроводность, электроёмкость…
– Чему учишься?
– Как быть собой.
– И как?
– Пока живой.
– Выходи. Мы тебя ждём.
Олег поднялся и начал одеваться. Ему захотелось в этот момент стать ведомым, чтобы Блондинчик или Седой предложили конкретные действия, чтобы всё стало простым и понятным.
На улице было ясно, солнечно, но цвета выглядели тускло, выцветшими. Друзья стояли втроём и смотрели вверх. Олег тоже поднял голову и увидел над городом огромную тучу, состоявшую из Скверны. Так было всегда после новогодней ночи: десятки тысяч людей одновременно напивались, совершали одни и те же действия, говорили одно и то же. Сам праздник превратился в строгий ритуал из нескольких повторяющихся циклов, чтобы все жители одного часового пояса успели синхронизироваться. Вся эта ментальная энергия создавала и питала циклопический организм, состоящий из миллионов отдельных паразитов.
– Каждый год такая хрень… – Егор шмыгнул носом.
– А ещё после девятого мая, – с горечью добавил Влад.
Кирилл молча протянул руку, а потом начал рассказ:
– Я вчера сидел в сети, пил кофе. Старался ни о чём не думать – мозг клинило уже от всего. И почуял, что-то. Захотелось проветриться, а у Егора балкон с панорамой – вышел смотрю вверх, а там эта тварь, – Кирилл показал пальцем в небо, – Я раньше её не видел никогда. Разбудил парней, думал, что сейчас начнётся!
– Пойдём в кафешку? – перебил Егор, – Да, он вчера бурно отреагировал.
Продолжая слушать рассказ Перевёртыша, друзья заскрипели снегом, шагая в направлении ближайшей пиццерии.
– Я не понимал одного: почему в памяти Скверны нет ничего про эту тучку? А потом меня осенило – она не едина! Их множество! У них разная природа. Какие-то от жадности, другие от зависти или гнева. Это всё очевидно, конечно, но мы ведь видели и крупные сети и предполагали, что есть постоянная связь. Только ничего этого нет… – Кирилл сделал паузу, а потом продолжил, – Нет ни общего мозга, ни единой системы связи. Скверна – не разумная, это просто грязь. Она управляется только носителями.
– А чья башка с нами в подвале разговаривала? – спросил Олег.
– Ничья. Это была запись. Я тоже так умею. Там было совсем короткое сообщение, состоящее из эмоций, которые мозг нашего пленника интерпретировал.
– Олеж, – Блондинчик поднял вверх палец, – Это самое простое объяснение. Есть Скверна – это орудие. А есть мы – люди. Мы пользуемся орудиями, делаем из них оружие.
– Как нам всё это поможет? – Олег на пару секунд закрыл глаза, чтобы лучше расслышать монотонный гул, исходивший с неба.
– Да никак, – Егор заговорил раздражённо, – Ты от чего такой депрессивный? У нас накапливаются знания. Мы пытаемся ставить какие-то опыты, думаем, а ты всё глубже башку в задницу суёшь!
– Всё хорошо, – ровным голосом сказал Олег, – Я тоже накапливал опыт.
